– Ты уже подъехал?

– Да. Ты где?

– Поднимайся на второй этаж. С эскалатора повернёшь налево и увидишь кафе. Я жду тебя здесь.

– Уже лечу!

Матвей отключился и, положив свой телефон на столик, я быстро окинула себя взглядом, посмотревшись в зеркальную стену напротив. “Надеюсь, ему понравится. Вон, даже знакомиться уже ко мне подходят, а это о чём-то да и говорит”, - подумала я, но всё же ощутила, что слегка нервничаю. Ведь одно дело понравиться незнакомому тридцатилетнему мужчине, и совсем другое - молодому парню, видевшему тебя и в более привлекательном теле.

Нервно потирая пальцы, я не сводила взгляда с дверей кафе, а когда вошёл Матвей, замерла, ожидая его реакции.

Первые шаги он сделал решительно, окинув всех беглым взглядом, а потом притормозился и непонимающе снова начал осматриваться вокруг. Скользнув по мне один раз взглядом, затем второй, он явно не узнавал меня, и я начала улыбаться, понимая, что эффект слишком силён.

Посмотрев в третий раз, Матвей замер, рассматривая меня, а потом двинулся к столику и изумлённо спросил:

– Эва? Это ты?

– Я.

– Да ладно, - пробормотал он, наклонившись и вглядываясь в мои глаза.

– Ты явно шокирован. Вот только не пойму - по хорошему, или я окончательно упала в твоих глазах, - произнесла я, на самом деле не понимая - нравится Матвею увиденное или нет.

– Я не шокирован, а обалдел, - ответил он, садясь за столик и не сводя с меня взгляда.
– С утра я расставался с девушкой, одетой, мягко говоря, бедно. С не совсем свежим цветом лица, не накрашенной, имеющей на голове не волосы, а что-то невразумительное, а сейчас… Это что-то нереальное… Передо мной сидит симпатичная, цветущая девушка, стильно одетая, с наманикюренными пальчиками, с естественным цветом волос и хорошей стрижкой… - он замолчал, продолжая рассматривать меня, а потом наклонился над столиком, и заговорчески поинтересовался: - Эва, я уже знаю, что можно вернуться с того света, поэтому если ты сейчас скажешь, что существуют феи, способные вот так за мгновение преобразить человека, я поверю, честное слово! Давай, колись, как зовут твою личную фею?

Поняв, что ему понравилось преображение, я счастливо рассмеялась и игриво ответила:

– Фею зовут - центр красоты “Нефертити”, а помощник у неё со странным именем Банковская Карта Visa. Помощника, кстати, ты лично знаешь. Он проживал в твоём портмоне!
– кокетливо подмигнув, я послала воздушный поцелуй, а потом всё же добавила: - Поверь, это произошло не мгновенно. Да и если бы имелась такая личная фея, я попросила её избавить меня ещё от лишних килограммов пятнадцати или лучше двадцати.

– Всё равно потрясающе выглядишь!
– придя в себя, Матвей взял меня за руку и поцеловал ладошку.
– Предлагаю отметить это в ресторане!

Посмотрев на пакеты, стоящие у столика, да и представив, что придётся сидеть на людях, я робко произнесла:

– Покупок много, да и если честно, устала от сегодняшней беготни. Как и ты, наверное. Можешь завтра или послезавтра сходим в ресторан, а сегодня дома отметим моё преображение? Закажем суши, откроем бутылку вина и посидим в гостиной на полу, глядя на ночной город и болтая.

– Хорошая идея. Музыку ещё включим, зажжём свечи, - добавил он, довольно улыбаясь и подзывая официанта.

Расплатившись на моё кофе, Матвей подхватил покупки, и чуть ли не бегом повёл к машине, периодически бросая на меня жадные взгляды, и тут я поняла, что он может рассчитывать завершить вечер совсем не разговорами при свечах. “Ох, а я всё же ещё не готова. Тело далеко от идеала, и я сгорю от стыда, если он увидит меня обнажённой”, - расстроенно подумала я, и решилась сразу предупредить его, чтобы он на многое не надеялся.

– Матвей, только давай сразу договоримся - это ужин при свечах, но без дальнейших последствий, - стеснительно пробормотала я, боясь даже смотреть на него.

– Но с поцелуями, - весело вставил он.
– Причём, настоящими.

– С поцелуями, - улыбнувшись, согласилась я, испытывая облегчение, что он совсем не обиделся на мои предыдущие слова.

На стоянке он сразу усадил меня в машину, а потом открыл багажник и загрузил туда покупки, а когда сел в салон, протянул шикарный букет моих любимых цветов и с нежностью сказал:

– Это тебе. Сегодня задумался над нашими отношениями и понял, что совершаю много ошибок. На могилу тебе букеты носил, а лично никогда не дарил…

– Дарил, - перебила я, вдыхая тонкий аромат цветов и прижимая букет к себе.
– На восьмое марта и дни рождения.

– Это не считается. По настоящему, как своей девушке, за которой ухаживаю, и она об этом знает, я цветов не дарил, поэтому буду исправляться, - с улыбкой ответил он.
– Да и вообще, я на тебя давлю. После стольких лет разлуки, вместо постепенно продвижения в отношениях сразу перехожу к более интимной фазе. Это неправильно. Ты меня столько лет не видела, я изменился и для тебя новый человек, а я сразу… Ну в общем, ты поняла… Просто в своих мечтах я уже продвинулся далеко и слишком форсирую события, а для тебя ведь важно и другое, поэтому я решил, что будет правильнее вести себя более галантно и сдержанно. Если бы мы начали встречаться с тобой в школе, был бы долгий период ухаживания, с цветами, конфетами, подарками, невинными поцелуями и объятиями. Не хочу тебя лишать этого, да и себя тоже. В этом ожидании есть своя прелесть. Поэтому не нервничай, я буду ждать и не стану слишком яро проявлять свои чувства. И сразу прошу прощения за ошибки, которые могу сделать или проявленную несдержанность. Это тоже для меня, в некотором роде, в новинку.