— Что сказала тебе Магдаль?

— Ничего. Она просто продолжает изучать меня в различных состояниях, вот и наблюдает, — как ни в чём не бывало, откликнулся Клён.

— Изучать? — переспросила я, не скрывая искреннего удивления.

— Ну да. А она не открыла тебе одну из причин, почему решила помочь тебе вернуть меня? — поинтересовался муж.

— Нет, я об этом впервые слышу, — пришлось честно признаться мне. — Я подозреваю, это не просто научный интерес?

— Разумеется. Ведьма изучает потенциального противника на примере сильнейшего представителя, — спокойно сообщил мне Клён, отбросив скромность очевидно за ненадобностью.

И ведь на самом деле не поспоришь, потому как пример для сравнения имелся. Я встречала другого демона, захватившего человеческое тело, и стала свидетельницей финальной части его поединка с Клёном, если произошедшее можно так назвать.

— О чём ты думаешь, Тиса? — спросил вдруг он.

— Так, вспомнила кое-что неприятное… — нехотя призналась я.

— А вот это зря. И вообще очень нехорошо в объятиях мужа думать о неприятном, ты не находишь? — с насмешкой поинтересовался он, крепче меня обнимая.

Мне оставалось только согласиться, отдавая себя во власть чутких пальцев и нежных губ, забывая о существовании остального мира. Утренние минуты скоротечны, и вот уже первые солнечные лучи, разбавляют серый призрачный свет, заливая двор и заставляя снег искриться выпавший накануне снег, но этим мгновения сейчас принадлежали только нам.

Теперь в нашем новом доме прибавилось забот и последующие дни обещали быть насыщенными, но я была безумно рада этому, получив возможность хотя бы на время забыть о надвигающейся угрозе.

Только одно меня беспокоило и периодически давало о себе знать. Джейрис. После его отчаянного поступка мы больше не виделись. И касательно этого я теперь испытывала смешанные чувства.

Отчасти я его просто по-человечески понимала. Королевский лекарь позволил себе непростительную слабость — поддался собственным эмоциям, решив за всех, в том числе и меня, что именно так будет лучше. Знал ли он о том, для чего именно томится в темнице Эльсоэр, мне пока неведомо. Он просто видел, чего это стоит для меня, как я страдаю и выматываюсь.

Но стоит представить на миг, что я могла не успеть, не проснуться в ту ночь или прийти немного позже, как меня снова охватывает гнев. Кто он такой, чтобы решать за нас как будет лучше? В желании вернуть Клёна я была готова пойти и против богов, а тут он… просто человек, которого я считала другом.

Обида, гнев и боль — не лучшие советчики в принятии решений. Пожалуй, только время способно их ослабить и однажды свести на нет. И время необходимо нам обоим. Только почему-то странное чувство всё никак не хочет униматься и продолжает тревожить меня при любом удобном случае.

Могу ли я надеяться на то, что он не наделал новых ошибок?

Комментарий к 19. Время надежд

Хочется сказать: эта глава не самая большая да и событиями не насыщена, но… это время стоит запомнить))

Название пока временное. Потом, может быть, изменю.

Постарались отредактировать, но если найдётся что, спасибо заранее х)

========== 20. Бродяга ==========

Кто бы мог подумать, что едва оклемавшись и немного набравшись сил, Клён тут же получит больше свободы, чем я. Конечно, мне не приходилось рассчитывать на то, что удастся привязать его к Храму и себе, да и не стала бы такого делать. Только вот, я ещё хорошо помнила, в каком состоянии его тело находилось относительно недавно, и надеялась на то, что ещё некоторое время мой муж проявит благоразумие и побережётся. Но вместо этого он развернул бурную деятельность, связанную со службой безопасности, собираясь внедриться туда на легальных основаниях.

Самое отвратительное заключалось в том, что Канер, который прекрасно знал, через что нам пришлось пройти, его даже поддерживал и обещал помочь освоиться.

И, похоже, все совершенно забыли об одной весьма примечательной детали его внешности, выдающей в нём демона.

— У тебя серебряные глаза, — выслушав Клёна, напомнила я, когда этот наглец подошёл ко мне, чтобы поставить перед фактом. — А после инцидента с одержимой кухаркой, эту примету взяли на заметку, знаешь ли.

— Думаю, о том, кто я, многим и без того известно, — возразил Клён.

Я, конечно, понимала, что существам вроде него политика страны не интересна, да и время, проведённое в бестелесном состоянии, наверняка сказывалось. Но примириться с тем, что он попросту не хочет понимать очевидного, я не могла. Особенно, когда от этого зависит его жизнь. И это жутко злило, потому что заставляло чувствовать себя бессильной.

Вздохнув, я терпеливо пояснила:

— Дело даже не в том, что кто-то знает о тебе, а в жрецах, с мнением которых вынужден считаться и его величество Ставрий. Стоит им увидеть или кому-то донести на тебя, мы не избежим проблем, поверь.