Когда сунулась за пазуху, моё запястье вдруг крепко перехватили бледные пальцы того, кого я считала покойником. Закрытые глаза распахнулись, и на меня устремился страшный невидящий взгляд.

— Темнота… — ошарашено прошептал он хрипло и даже ослабил хватку.

Я воспользовалась его замешательством, чтобы вырваться и отскочить в сторону. Хотелось убежать прочь, но увидев, как вздрогнул и замер в нерешительности раненный мужчина, я остановилась.

Было ещё не так темно, но он слепо зашарил руками вокруг себя, будто действительно находился в полнейшей темноте.

— Кто здесь? — спросил он, повысив голос.

Я молчала и замерла, не решаясь себя выдать ни единым движением.

— Кто здесь? — повторил он и раздражённо выкрикнул: — Ответь же! Неужели ты раненого испугался?! Только трупы обирать и способен?

— Сейчас каждый выживает, как может, — бросила я.

Он резко вздёрнул голову на звук моего голоса.

— Так значит, ты женщина, — он как будто немного успокоился. — Понятно.

Отчего-то рядом с ним у меня холодок по спине гулял. Совсем неуютно становилось. Я развернулась, собравшись уходить. Раненый попытался подняться и, запнувшись, с размаха полетел на землю.

Знаю, что могу об этом пожалеть, но колебалась я недолго…

Даже несмотря на то что я приблизилась, шумно загребая носками сапог прелые листья, он вздрогнул, когда я протянула руку.

— Пойдём.

Мужчина неуверенно взялся за мою ладонь, и я помогла ему подняться.

— Постой. Где-то здесь должен быть мой меч.

Я кивнула, забыв, что он ничего не видит, и огляделась. Клинок и в самом деле валялся поблизости. Обагрённый кровью, с налипшей на него листвой и мусором. Вытерев лезвие наспех, я помогла вернуть оружие в ножны. Только пригодится ли оно ему теперь, неизвестно.

Откуда-то доносился запах воды. Значит, где-то рядом есть речка или озеро. Я решила пойти туда, надеясь, что там будет пригодная для питья вода. Пить хотелось невыносимо сильно, а единственная фляжка заполнена лекарством. Да и потом, рядом с водой я чувствовала себя увереннее.

— Куда мы идём? — спросил меня мужчина. — Ты живёшь где-то рядом?

— Нет. Мой дом далеко отсюда, — откликнулась я нехотя. Меньше всего мне хотелось сейчас рассказывать ему о том, что заставило меня бежать из столицы.

Незнакомец ступал неуверенно, но хоть не спотыкался.

Надо же, у нас один на двоих глаз.

Из груди невольно вырвался нервный хриплый смешок, заставивший моего спутника вздрогнуть. Но он ничего не сказал.

Как оказалось, рядом располагалась большая полноводная река, а возле кромки леса простиралась довольно крупная заводь, куда стекало несколько ручьёв. Хорошее место.

Стремительно темнело, но я успела отвести спутника к ручью, чтобы помочь ему напиться и умыться. Кроме того настояла на том, чтобы промыть ему волосы от крови. Рану необходимо обработать.

— Ты целитель? — спросил он.

— Нет. Просто у меня есть лекарство, которое поможет заживить твои раны.

Он горько усмехнулся, прикасаясь к голове, и я поняла без слов. Залечить я сумею только раны внешние. К сожалению, со зрением ничего поделать не смогу.

Пока мужчина обсыхал на берегу, я набрала веток и толстых сучьев и вдруг поняла, что разжечь костёр мне нечем. Слишком полагалась на магию прежде, что даже не задумывалась над этим.

— Прости, но придётся обойтись без костра. Мне нечем его разжечь, — произнесла я, садясь рядом на песок.

Мужчина помолчал, а потом вдруг предложил:

— Тогда нам нужно найти место повыше и суше. Ночью у реки очень холодно.

— Идём, — спорить с ним я не стала. Тоже знаю, что у воды даже летом по ночам холод лютый.

Как странно, но быть его поддержкой уже входило в привычку. Так быстро.

Впотьмах тяжело найти стоящее убежище, но я это сделала. На ветвях огромного старого клёна. Думается, там будет безопаснее, нежели на земле. Мужчина возражать не стал, и я помогла ему сориентироваться.

Мы расположились полулёжа, тесно прижавшись друг к другу. Не наивысший комфорт, но потерпеть до утра можно. Меня близость слепого беспомощного мужчины не смущала. Уверена, он даже и в мыслях не держит причинить мне какой-то вред. Всё-таки я его единственная возможность выйти отсюда.

Поёрзав, устраиваясь удобнее, я покопалась в сумке, и вытащила оттуда пригоршню лесных орехов, вкладывая в широкую мужскую ладонь.

— Держи. Это единственная еда, что у меня есть.

Я думала, что он усмехнётся в ответ, но вместо этого мужчина только сдержано меня поблагодарил. Выловив остатки раскатившихся по сумке орехов, я съела свою часть и стала устраиваться так, чтобы нечаянно не свалиться с дерева во сне.