Надеюсь, хотя бы ночь будет спокойной.

Когда я прикрыла глаз, то почувствовала, как меня обняла за талию крепкая мужская рука.

— Я так понимаю, ты отдала мне лучшее место. Не хочу, чтобы ночью ты упала, — пояснил он. — Хотя, будет лучше, если ты развернёшься ко мне лицом.

— Спасибо, — откликнулась я и всё же последовала его совету. Стало немного удобнее и надёжнее.

Хорошо, что он не видит моего лица, а иначе такого не предложил бы.

— Как тебя зовут? — услышала я тихий вопрос прямо над ухом.

Сказать правду или солгать?

— Тиса, — решила выдать сокращенный вариант своего имени, после минутного раздумья.

Можно называть меня параноиком, но я боялась, что кто-нибудь узнает во мне младшего магистра Ордена Видящих, Шальтису Ясень.

— Тиса, — повторил мужчина. — Ты с севера?

— С Ольдаира. Там моя родина, — не стала скрывать я. — А ты? Как тебя зовут?

Он вдруг резко выдохнул и напрягся, после чего ответил.

— Должен тебе признаться, Тиса. Я не только ничего не вижу, но и ничего не помню.

Голос его звучал так…

С таким невыразимым надрывом и болью, что внутри меня что-то дрогнуло.

В порыве я прикоснулась ладонью к его щеке и уверено произнесла:

— Ты вспомнишь. Обязательно всё вспомнишь. И может быть, ещё видеть будешь. Глаза твои в порядке, я видела. Нам просто нужен хороший маг.

— Нам? — неуверенно переспросил мужчина.

— А думаешь, я тебя теперь в лесу брошу? — фыркнула я.

— Я не знаю, почему ты вообще решила мне помочь. Могла бы просто уйти.

Что ж, во всяком случае, он честен. Попробую тоже быть честной.

— Могла бы… — эхом откликнулась я. И действительно могла. Но не стала. Так почему я протянула руку помощи? — У меня тоже наступили не лучше времена. Наверное, в тебе я увидела собрата по несчастью. Прошлой ночью, мне, как и тебе, пришлось сражаться за свою жизнь. Может быть, теперь никогда не стану прежней, но зато осталась жива.

— Что ты имеешь в виду?

Вздохнув, я решила сказать правду.

— Меня обжёг магический огонь, и шрамы от этих ожогов останутся со мной на всю жизнь.

— Мне жаль…

— Не нужно. Если бы меня лишили рук или ног, было бы хуже, а так… — я нервно рассмеялась. – Ну, замуж я теперь вряд ли выйду, но зато на жизнь зарабатывать ещё способна.

Мужчина тихо хмыкнул и чуть сильнее прижал меня к себе, свободной рукой накрыв мои пальцы ладонью.

— Ты — хороший человек, Тиса. И я думаю, всё у тебя ещё сложится, — произнёс он серьёзно.

Конечно, сложится. Община выделит мне маленький домик на окраине села, и буду я травки собирать да зелья варить. Думаю, с моей новой внешностью это самое подходящее занятие.

— Главное, домой поскорее добраться, — вслух сказала я. — И тебя как-то называть нужно.

Мужчина пожал плечами и вдруг выдал:

— Если хочешь, дай мне имя. Я не против.

Я задумалась. Имя. На время. Никогда не была сильна в выборе имён и кличек. Даже лошадь свою звала просто Лошадью. А тут человек. Мужчина. Ну не прям так же мне его и называть? Впрочем, вход есть. Поступлю согласно обычаям своей родины.

— Будешь Клёном, — решила я, чем несказанно его удивила.

— Почему Клёном?

— Мы на клёне ночуем, — пояснила я.

— Хорошо, что не на берёзе или сосне, — вдруг рассмеялся мужчина. И смех у него был очень заразительный, заставивший меня тоже тихонько хихикать. — Хорошо, пусть будет по-твоему.

Должно быть совестно, но я богов готова благодарить за его слепоту. Я рада, что он не видит меня. Иначе бы так не смеялся. И что бы тогда я увидела в глазах его — отвращение или жалость? Уж не знаю, что хуже.

— Давай попробуем отдохнуть, — негромко сказала я. — Мне казалось, что я слышала лай собак с той стороны реки. Завтра поищём переправу.

Новоявленный Клён не возражал и вскоре, я сумела задремать в его тёплых надёжных объятиях, слыша дыхание размеренный стук сильного сердца.

Мне невероятно повезло.

***

— Ваше время вышло. С сегодняшнего дня мы будем выжигать вас повсюду, словно заразу! — шипел мне в лицо кто-то незнакомый. Его голос, пробивался даже сквозь боль. А я корчилась на полу и не в силах была ничего поделать с той невыносимой мукой, которая захватила меня в плен.

Затем меня ударили по голове, и ярко вспыхнув, боль отступила, став какой-то не слишком значимой.