Под вечер она немного оживилась. Сонное оцепенение дня прошло, уступая место веселому и сосредоточенному азарту. Расслабившиеся в своих эфемерно-безопасных четырех стенах куры сегодня ночью узнают, каково иметь дело с Черной Воровкой – как Арна про себя именовала свою особу.

Наемница поневоле потянулась в предвкушении, по-кошачьи выгнув спину. Уже скоро. Она никуда не торопится. Когда доходит до дела ( которое она полагала, считай что своей стихией — как ненормальные, помешанные на фэн-шуе истерички полагают огонь или воду) Арна всегда прекращала торопиться.

Когда три года назад Институт предложил сотрудничество, она готова была в первую секунду фыркнуть – ага, разбежались, уже! Свою свободу и волю делать что вздумается, а не то, что надо, Арна ценила высоко. Она, вероятно, таки фыркнула бы – если бы предложение о сотрудничестве не исходило от лейтенанта СеКрета…

Вот, охрана заступила на пост. Стойте-стойте… Мне туда и не надо. Почему-то люди думают, что если поставить у парадных дверей двух остолопов, у всех сразу пропадет желание лезть внутрь. Чудаки…

Скользя не более заметно, чем тень, Арна обошла здание по периметру. Пожарная лестница вполне ее устроит – тем более, что она расположена напротив соседней глухой стены. Нет, лезть на крышу, чтобы эффектно светить своим силуэтом на фоне восходящей луны (к слову сказать, совершенно не пафосной и не круглой) она оставит выпендрежникам, типа Лиса. Пусть морочит людям голову, если есть охота. А мы потихоньку, незаметно… На втором этаже, взломаем замок на окне, и протиснемся между прутьями фигурной решетки. Обычный человек, может, и не пролез бы – не все же в цирке выступают-то – но она пролезла. Плюс быть оборотнем-кошкой.

В помещении было темно и тихо. Это хорошо. Сигнализацию обойдем. Дверь взломаем. Охранника оглушим.

Расчистив себе путь, Арна уже не особо прячась (от кого ей прятатся-то?..) прошлась по этажу. Методом научного тыка определив, где тут у них кабинет начальства, сунулась еще и туда. Господин Вэлэр явно обладал хорошим вкусом и немалыми средствами, если столь незначительный филиал обставлял подобным образом. Выдержанный в классическом «восточном» минимализме, он радовал глаз отсутствием полутонны безделушек на всех мыслимых и немыслимых поверхностях. Дурацкие фарфоровые собаки, или мыши, играющие в карты, прошлогодние открытки, вылинявшие салфетки домашней вязки – весь этот кошмар здесь отсутствовал.

Сейф стоял, не прячась, на самом видном месте. Арна застыла напротив него, внимательно изучая. Вот он, главный противник… Во-первых – снова сигнализация. Чик ножом, и покой до утра. Может, в электронике как таковой она и понимает не больше, чем Волк в бразильских сериалах, но вот в плане сигнализации уже навострилась. Пусть и не во всякой, но конкретно эта – вполне ясна.

Подойдя вплотную, Арна бесшумно обошла вместилище тайных знаний вокруг, вернее, от стены и до стены. Да, замочек что надо – тут вам и буквы, и цифры, и символы, и еще Лис знает что… А на сейфе стояла аккуратная рамочка с фото. Сначала Арна не обратила на нее внимания – ну не до того ей было! – но потом, проскользив взглядом несколько раз, за что-то зацепилась. Что-то показалось ей знакомым. Аккуратно сняв рамочку с ее места, девушка поднесла ее к глазам. Так и есть. Без сомнений, изящного, женоподобного юношу на ней она знала – видела мельком на паре заданий, когда бегала по России. И тоже японец – один из подопечных строгого Эфлы, Ран Фудживара собственной персоной. Только вот что он делает здесь?

Арна огляделась в поисках подходящих инструментов, которыми можно было бы удобно орудовать в перчатках. За таковой вполне сошел инкрустированный нож для вскрытия писем. Воспользовавшись им не по назначению, Арна выковыряла фотографию из ее хранилища. Поднесла к окну, рассматривая. Да. Вне всяких сомнений – это Ран. Видимо, еще в период школьных лет, потому как одет в нечто, неудержимо напоминающее школьную форму. Несколько не типичную, как на ее взгляд, ну да в этой их Японии все не как у людей…

Покрутив фото и так и эдак, девушка уже готова была сунуть его обратно, как вдруг заприметила на обороте какую-то надпись. Мелкую, словно ее писал человек, страдающий ужасной дальнозоркостью. Но разобрать все-таки можно, если постараться.

«Ты все равно будешь моим», и дата. Тьфу, какая безвкусица…

Арна неодобрительно относилась к так называемым «нестандартным» парам, но судьба Рана ее сейчас волновала менее всего.

Она небрежно принялась уничтожать следы своего любопытства. Поставила рамочку на место, и снова обратилась к замку. Тот не подсказывал. Вздохнув, она принялась за работу.

– Как твое имя?

– Это СеКрет

– Ты уверен, что это – правильный путь для ответа?

– Мне кажется, да.

– Как тебя зовут?!

– Это СеКрет – хлесткий удар по лицу. Голова мотнулась в сторону, темно-синие волосы мелькнули одной волной.

– Отвечай нормально!

– Я говорю правду. – Голос тихий, вежливый, хоть и немного сбитый с тона после удара.

– Тише, Тамаки – донеслось от двери – Хозяин будет сердиться, если испортишь товарный вид. – Видимо, Тамаки очень хотелось ответить, но он сдержался. Едва не плюнув от досады, тряхнул упрямца напоследок и отошел. Тот остался сидеть где сидел – привязанным к стулу, под лампой без абажура, в кругу мутно-лимонного цвета.