Один из самых лучших романов Владимира Уланова «Княжеский крест» 3 октября 2010 года был удостоен национальной международной литературной премии «Золотое перо Руси» и награжден дипломом. Художественное произведение о важных событиях 13 века, когда раздробленная Русь была почти полностью разграблена и сожжена татаро-монгольскими полчищами.

Тысячи русских людей были уничтожены или угнаны в плен к татарам на непосильные работы. Но, несмотря на это, русские воины находили в себе силы защитить себя, свою семью и Родину.

В то же время с запада немцы, шведы и литовцы пытались захватить территорию Новгородского княжества – единственный оплот Руси, который еще сохранил свою независимость. Ярослав Всеволодович, Владимирский князь, отец Александра Невского, понял, что сопротивление огромной силе татар бесполезно, и он ищет мира с ханом Батыем, но становится жертвой имперских интриг татаро-монгольских ханов. Дело своего отца продолжает Александр Невский, который спасает Русь от полного разорения и закладывает основу создания Российского государства. Ему приходится самому пройти через многие испытания, которые подрывают его здоровье. Так же, как его отец, Александр становится жертвой интриг католической церкви, которая стремилась насадить чуждую русскому народу веру.

Роман «Бунт» стал номинантом в конкурсе «Российский сюжет-2004» в номинации «Серебряный квадрат», а также был представлен на премию им. В. Шукшина и признан экспертами лучшим романом.

Владимир Уланов – лауреат премии «Золотое перо Руси-2010», лауреат конкурса «Мой родной край» и обладатель премии «Золотое перо Поважья», член Международной Федерации русскоязычных писателей, член Союза писателей России. Продолжает и дальше заниматься литературным творчеством об исторических событиях нашей России.

Весна в этом году выдалась ранняя. Снег быстро сошел с полей, и земля, прогретая солнцем, была готова к пахоте.

Кругом, куда хватал глаз, виднелась пашня помещика Белоногова. Лишь ближе к лесу и болоту жались небольшие участки еще не тронутой сохой земли крестьян деревни Крапивино.

В эту весну помещик взял на службу нового приказчика. Тот лютовал и почти совсем не давал крестьянам работать на своих полях, пока не будет засеяна господская пашня. Тех, кто ослушивался, били нещадно батогами на барской конюшне.

Ефим с тоской посмотрел на свой клочок земли, что была у лесочка: «Эх, приложить бы сейчас силенку на свою земельку. Запоздаем нынче с пахотой. Поздно посеешь – плохой хлеб будет».

В досаде плюнул, прикрикнул на кобылку: «Ну, пошла, милая!» – и легонько нажал на соху. Лошадь с трудом двинулась с места, но, упираясь дрожащими ногами, все-таки пошла вдоль борозды. Пахарь шел за сохой и, сосредоточенно следя за тем, как отваливается пласт земли, срезанный железным наконечником, думал свою невеселую думу.

Кое-как нынче пережили зиму, своего хлеба хватило только до ползимы, а там ели, что попало, лишь бы не умереть с голоду. Лошади своей не дал сдохнуть, зная, что без нее в хозяйстве будет трудно, поэтому всю зиму ходил в лес, добывал из-под снега сухую траву, сдирал кору с деревьев. Хотелось Ефиму, чтобы его лошадка погуляла по лугу, поела вволю травы, набралась сил, но проклятый приказчик Евдокимов заставил пахать господскую землю на его, Ефима, лошади, хотя у самого на конюшне стояло без дела немало добрых коней.

Мужик огляделся по сторонам: приказчика на поле нигде не было видно. Вдали маячили светлые рубахи крестьян, согнувшихся над сохой. Они вспахивали помещичью землю. Мужик прикрикнул на кобылу, направил ее к своей пашне, думая про себя: «Видно, приказчик прилег отдохнуть после сытного обеда. Дамка и я моей кобыле погулять, вволю поесть травки».

У раскидистой толстой березы, в тени, Ефим разнуздал лошаденку. «Если приказчик вдруг появится, скажу, что лошадь поил». Поглядел на тихую речку, которая протекала возле его поля. Прилег в тенечке отдохнуть, а лошадь, тяжело вздыхая, торопливо щипала траву, словно знала, что нужно спешить и времени у них с хозяином в обрез.