— Да, госпожа. У нашего повелителя было много братьев. И в живых остался только шехзаде Джихангир, но он не претендует на трон из-за своего увечья.

— Увечья?

— Мне неизвестно, что это за увечье. Но, видимо, серьёзное, раз он не престолонаследник.

— А что же случилось с остальными шехзаде?

Ясмин-хатун тяжело вздохнула.

— Их казнили по приказу покойного султана Сулеймана. Лишь Аллаху известно, какое горе сотрясло наше государство. И всех сыновей от этих шехзаде умертвили. Бедная Нурбану Султан лишилась единственного сына…

— Какой кошмар… — ужаснулась Нурбахар Султан и неосознанно крепче обняла сына. — За что же их казнили, Ясмин?

— Мне ничего доподлинно неизвестно, госпожа.

— О, Аллах! Что же довелось пережить нашей Валиде Султан… Потеряла троих сыновей и внуков.

— Шехзаде Мустафа не был сыном Валиде Султан.

—Неужели? Я слышала, что Хюррем Султан смогла стать для Повелителя единственной женой.

— Так и было, госпожа. Шехзаде Мустафа родился до появления Хюррем Султан в гареме.

Нурбахар Султан задумчиво покачала головой, испытывая лёгкую толику страха за сына. Зачем же отец убил троих сыновей?

Покои Бахарназ Султан.

Страдающая Эсмахан Султан задумчиво перебирала драгоценности в шкатулке, выбирая подходящие для сегодняшнего одеяния. Но равнодушная мысль подсказывала ей, что это неважно. Повелитель всё равно не смотрит на неё. Новая служанка, заменившая казнённую Эмине, по имени Оливия, спешно убирала со стола после утренней трапезы.

— Оливия-хатун, что нового в гареме?

Девушка распрямилась и склонила голову, пока ещё страшась и смущаясь госпожи.

— Я слышала от девушек в гареме, что прибыла Нурбану Султан со своими дочерьми по приказу Валиде Султан.

— Нурбану? — изумилась Эсмахан Султан. — Она, насколько мне известно, непростая женщина. Кроме неё шехзаде Селим не видел других женщин. Интересно было бы с ней познакомиться…

Топ Капы. Гарем.

Отдав распоряжение агам, Фахрие-калфа поспешно отправилась в свою комнату, но проходя мимо комнаты Нурбану, остановилась. Из приоткрытых дверей доносился голос высокомерной хатун, которая наставляла своих дочерей.

— Султанши мои. Мы смогли вырваться из нищеты и вернулись в Стамбул! Я добилась того, чтобы вы стали счастливы. Вас в скором времени отдадут в жены богатым государственным мужам. Считайте это благом, посланным на вас Аллахом!

— Валиде, а что будет с вами? — спросила Шах Султан, почтенно смотря на свою мать.

— Я останусь в Топ Капы под покровительством Валиде Султан. Это первый шаг к возвращению моего былого могущества. Я никогда сдамся! Ради вас и ваших покойных брата и отца.

Нахмурившись, Фахрие-калфа развернулась и направилась в покои Валиде Султан.

Покои Валиде Султан.

Султанша, увидев вошедшую калфу, вздохнула и отложила в сторону тяжелую толстую книгу, которую до этого усердно читала. Рядом восседала Михримах Султан, задумчиво попивая кофе.

— Фахрие?

— Султанши, — склонилась та, подойдя ближе. — Смею предположить, что Михримах Султан была права насчёт Нурбану-хатун.

— О чём ты говоришь?

— Я проходила мимо её комнаты, и до моих ушей дошли слова хатун, которыми она одаривала дочерей покойного шехзаде Селима.

Хюррем Султан нахмурилась, понимая, что дело не особо важное. Услышав рассказ калфы, она устало выдохнула.

— Добром это не кончится…

— Так и знала, что эта змея не остановится! Нельзя оставлять ее в Топ Капы, Валиде, — воскликнула золотоволосая султанша, внутренне негодуя.

— Достаточно! Она никто. И как она собирается добиваться власти? Хасеки Мехмета ей никогда не стать, она вдова его брата. Более ей нет путей. Оставьте меня одну…

Головная боль вновь сотрясла её и Султанша вяло откинулась на спинку тахты, преодолевая желание проронить слезу от усталости и болей.

Много позже, тёмным вечером, будучи наедине с собой и собственными мыслями, Хюррем Султан поспешно написала письмо, адресованное Дэфне, что бы она как можно скорее приехала в столицу вместе с дочерьми Баязида. Условие насчёт Султанш оставалось тем же — их выдадут замуж за влиятельных чиновников.

Она посчитала, что если Нурбану будет занята враждой с Дэфне, ей не останется времени плести интриги против неё самой и Хасеки Мехмета, дабы вернуть былую власть.

Вечер. Покои Нурбану-хатун.