— Рейнер, — от нахлынувших эмоций мой голос охрип.

— Спокойной ночи, Мали, — пробормотал он, уходя в ванную и хлопнув дверью.

Обхватив себя руками, я разразилась рыданиями.

А затем покинула его дом.

~*~*~*~

В ту ночь я не могла уснуть.

Все думала, что же, черт возьми, случилось с Рейнером? Меня не покидало ощущение, что произошло что-то скверное. Это «что-то» заставило его изменить поведение по отношению ко мне. Я видела, как он страдает от потери отца, хотя и не хотел признавать этого. Ему было очень больно, он остался совсем один, без родных и близких, на которых можно было положиться. Именно поэтому его желание оттолкнуть меня выглядело очень странным, ведь я – единственный близкий человек из всех, кто у него остался. Мне надоело молчать. Рейнер должен знать, что я чувствую. Не важно, какой ценой.

Я взяла телефон, нашла номер Рейнера и начала набирать сообщение. Конечно, хотелось ему открыться не таким способом, но неизвестно, какая бы последовала реакция с его стороны. Я любила Рейнера, пусть и не осознавала этого еще неделю назад. Но это правда. Мне не хотелось, чтобы он страдал. Чтобы его сердце было разбито. Пусть он знает, что не одинок.

От Эмали: Ты пытаешься оттолкнуть меня, и я все понимаю. Но теперь у тебя никого не осталось, Рей-Рей, и должно быть, это терзает твою душу. Я не знаю, что произошло, и, если у тебя нет желания поделиться со мной – это твой выбор, но я хочу, чтобы ты знал: Я люблю тебя, Рейнер Торренс. Даже больше, чем нужно. Не знаю, почему не поняла этого раньше, но это правда. Я хочу, чтобы ты знал о моих чувствах не для красивого жеста, а для понимания одной важно вещи: пока ты считаешь, что остался совсем один перед лицом жизни, в моей жизни ты занимаешь самое огромное место. И я всегда буду рядом.

Положив телефон, я легла на бок и дала волю эмоциям. Это длилось до тех пор, пока подушка не промокла от слез. Я безудержно содрогалась в рыданиях. Мной овладело чувство глубокой подавленности и беспомощности. Казалось, что я никогда не смогу ему помочь, что бы я не сделала. В своем горе Рейнер закрывался от меня. Мысль о том, что я могу его потерять наводила на меня панический ужас. Что мне делать, если он на самом деле решил прогнать меня из своей жизни?

Я так сильно плакала, что не услышала звук открывающегося окна, а затем шагов по комнате. Только когда почувствовала, что одеяло приоткрывается и кто-то ложится в мою кровать, я мгновенно поняла, что это он. Я не дернулась и не застыла от страха. Я знала, что это он. Единственный человек, который может вот так прийти ко мне и лечь рядом.

Слезы продолжали катиться по щекам. Он обхватил меня руками и крепко прижал к себе. Мы так и лежали. Я немного успокоилась, а он продолжал крепко и заботливо обнимать меня, время от времени утопая лицом в моих волосах. Я переплела наши пальцы и крепко к нему прижалась, испытывая острую потребность впитать в себя каждую секунду его нахождения рядом.

— Я тоже тебя люблю, Эмали, — прошептал он в мои волосы. — С самого первого дня, как ты появилась в моей жизни.

Мои глаза распахнулись, сердце застучало в бешенном ритме.

— Правда?

— Да. Сначала я думал, что это обычная дружеская привязанность, до тех пор, пока впервые не поцеловал тебя. Тогда я понял, что это нечто большее. Господи, мне так жаль, что я вел себя как скотина. Я… Сейчас я хочу, чтобы ты была в безопасности.

— Рейнер, ты пугаешь меня, — сказала я, поворачиваясь к нему лицом.

— Да, маленькая, знаю. Но ты можешь довериться мне? Поверь, я знаю, что делаю.

— А ты не пострадаешь?

Он промолчал.

— Рейнер, — с моих губ сорвался дрожащий шепот.

— Я всеми силами попытаюсь этого избежать, обещаю.

— И как долго это все будет продолжаться?

— Не очень долго.

Я потянулась к нему, и мы соприкоснулись лбами. Я чувствовала его горячее дыхание на своих губах, и все тело разлетелось на тысячи осколков. Он подвинулся ближе и легко прикоснулся к моим губам. Боже, какой запах, я так его хотела! Невозможно больше ждать, я хотела быть с ним. Хотела, как ничего и никогда в жизни.

— Рейнер, — пробормотала я прямо в его губы.

— Да, милая?

— Ты как-то взял с меня обещание, что я подарю девственность только достойному парню, и что не буду торопиться до тех пор, пока не буду точно уверена. Так вот, Рейнер…сейчас я уверена. Я хочу, чтобы моим первым мужчиной стал ты.

Он так долго молчал, что я начала сомневаться, услышаны ли мои слова. А, может, просто ему нечего сказать?

— Эмали, — хрипло ответил он. — Ты должна быть точно уверена….

— Я уже решила. Мы так долго дружим, я не знаю, как назвать то, что происходит между нами, но я знаю точно, что доверяю тебе, как никому другому.

— Я не хочу, чтобы ты потом пожалела.

— Я никогда не пожалею, что это был ты.

— Но тебе еще нет восемнадцати….

— А мы и не делаем ничего плохого, Рейнер.

Вздохнув, он нежно прикоснулся губами к моим губам. Казалось, что он не собирается пойти на что-то большее, и я засомневалась в его желании. Он целовал меня, осторожно проникая языком, но мне было мало. Мне нужны были его прикосновения. Я хотела чувствовать. Взяв его руку, я приложила ее к своей груди, и Рейнер простонал.