Профессор Макгонагалл села за стол и предложила присесть мне.

— Мисс Персиваль, — серьёзно посмотрела она на меня. — Министр Магии уверил меня, что вы самая подходящая кандидатура. И я буду надеяться, что вы нас не подведете.

Я посмотрела в ответ на директора и прищурилась, испытывая лёгкое раздражение: «Ну, вот опять! Обязательно нужно указывать мне мое место!» Она продолжила:

— Мисс Персиваль, я знаю, что вы не работали в таких заведениях, но все же меня уверили, что вы сможете возглавить один из факультетов.

— О… — я удивилась, но не растерялась и с уверенной улыбкой ответила: — Даже и не думала, что моя слава так разлетелась по Волшебному миру! Ну, если вас уверили, то, думаю, они не ошиблись.

Минерва Макгонагалл, немного помедлив, стала объяснять мне преподавательские обязанности.

— У нас есть четыре факультета: Гриффиндор, Слизерин, Когтевран, Пуффендуй, — наставническим тоном рассказывала она. — Гриффиндор остался без декана, так как я заняла должность директора, — посмотрев на меня, она продолжила: — Я предлагаю вам взять магловедение и историю магии.

Я сидела, внимательно слушая.

— Да, директор, мы обсуждали все это с Министром Магии, — уверила я ее.

— Значит, вы согласны?

— О, конечно, — утвердительно киваю в знак подтверждения своих слов. — Я сначала сомневалась, однако меня убедили, что в этой задумке масса положительного, и место преподавателя в школе мне покажется отпуском по сравнению с работой в Департаменте.

— Ну что ж, — директор встала, — тогда пойдемте, я представлю вас нескольким ученикам из вашего факультета, и они помогут вам освоиться в школе.

— Большое спасибо, — я также встала и последовала за директором.

Мы вернулись в Большой зал, и профессор Макгонагалл подозвала небольшую группу учеников:

— Юные волшебники! — окинув взглядом всех присутствующих, уверенно произнесла профессор Макгонагалл и выждала паузу. — Хочу вам представить вашего декана и преподавателя магловедения и Истории магии, профессора Персиваль.

Я поклонилась всем присутствующим.

— Спасибо большое, директор, — я благодарно на неё посмотрела.

Ученики окружили меня, и со всех сторон посыпались вопросы.

Я ещё долго общалась с ними, больше слушая, чем отвечая. Оказалось, что обо мне уже поползли в школе слухи и я стала для них очередным интересным экспонатом.

Мы перешли в гостиную Гриффиндора и разместились на диванах. Ученики рассказывали уставы и правила школы, из которых я поняла, что в школе шла, так сказать, борьба за звание «Факультет Года». Чаще всего борьба была между двумя из них, Гриффиндором и Слизерином. Я, конечно, еще не видела декана Слизерина, но, думаю, мы сможем посостязаться за звание и в этом году.

Я поднялась и стала возле входной двери.

— Ну что ж. Думаю, мы справимся, — протянула я задумчиво и обратилась к ребятам: — Но только с вашими доверием и помощью.

Ребята единогласно поддержали меня, и это ещё больше вселило в меня уверенность. Я зашагала по гостиной, хорошенько всё обдумывая, а потом спросила:

— Кто-нибудь может показать мне мою аудиторию и апартаменты?

Мисс Грейнджер тут же поднялась и бойко ответила:

— Я вас проведу и покажу, профессор.

Я с благодарностью кивнула ей, и мы вдвоём пошли знакомиться с помещениями.

Моя аудитория располагалась на четвертом этаже, апартаменты были сразу же за аудиторией. «Очень, кстати, удобно», — отметила я про себя.

В классе шел ремонт, но стены были уже отшлифованы и покрашены. Столы и стулья должны были появиться со дня на день. В моих апартаментах ремонт также был окончен, не хватало только мебели.

Все эти недели я занималась классом и своими комнатами. Довольно скоро сюда привезли мебель, прочистили камины и вымыли окна. Пришлось заменить балдахин. Шторы также было решено заменить, и они стали оттенка слоновой кости. Комнаты стали казаться значительно светлее. Темноту я не любила, она напоминала мне о катакомбах.

Через неделю в классе уже стояли шкафы с книгами, преподавательский стол и кресло с красной бархатной обивкой, а также были установлены новые парты и скамьи.

Все неделю я почти не выходила за пределы четвертого этажа. Еду мне приносила домовик Винки. Мы с ней очень сдружились. С самого начала нашего общения я умоляла ее не обращаться ко мне так официально, но уговорить Винки оказалось невозможно, так что в конечном счёте я согласилась на просто «мисс».

Утром, приняв душ и надев потертые джинсы, я нацепила белую майку, поверх накинула красную клетчатую рубашку, обулась в ботинки и, по пути захватив свою термокружку, направилась в Большой зал, чтобы позавтракать.