*

Уже медленно, но подходил шестой месяц моего положения. Школа закрывалась на летние каникулы.

Оставаться в школе не хотелось, да и вся сложившаяся ситуация меня просто раздражала.

Я решила уехать на лето в Чехию и взять с собой Алекса.

Но нужно было хотя бы предупредить о своих планах Северуса.

Перед тем как войти в его кабинет, я постучалась.

— Войдите, — услышала я его голос.

Я вошла и подошла к его столу, он не отвлекался от своих бумаг.

— Северус… — начала я.

— Вы что-то хотели, миссис Снейп? — поинтересовался он, не отвлекаясь от своих бумаг.

— Я хотела на лето покинуть школу и отдохнуть в Чехии, — сообщила я ему.

— Вы вправе делать все, что вам заблагорассудится, миссис Снейп, — заявил он.

— Ну, если вы так считаете, тогда думаю, что Алекс поедет со мной, — фыркнула я.

Северус наконец отстранился от бумаг и посмотрел на меня.

— Я думаю, что это не очень хорошая идея! У него сейчас идут дополнительные уроки с Драко, — возразил Северус.

— Он может их продолжить и после лета, — уточнила я. — Мы уедем завтра после полудня. — И уже хотела выйти, как за моей спиной раздался голос Северуса.

— Он мой сын, и я запрещаю вам забирать его из школы! — рявкнул он.

— Что? — повернулась я к нему. — Ты запрещаешь мне? — переспросила я его.

— Да, миссис Снейп, вы все правильно услышали! — ответил он.

— Чего ты добиваешь, Северус? — уже начинала заводиться я от его слов. — С начала ты против моей беременности, потом то появляешься, то опять исчезаешь со своей отцовской заботой! Теперь ты еще и решил, что ты вправе мне что-то запрещать! — уже кричала я на него.

— Если вам что-то не нравится, миссис Снейп, я с легкость подам на развод! — внезапно заявил он.

В этот момент внутри меня все рухнуло. Вот те слова, которые я так боялась от него услышать.

— Да как ты смеешь мне такое говорить?! — возмутилась я. — Я сама завтра же подам на развод!

— И я легко его подпишу, но если вы думаете, что я отдам вам сына, то вы ошибаетесь! Александр останется со мной! — уточнил он.

Я что-то стала орать ему, сама не понимая, что именно, просто хотела высказать ему всю злость и обиду на него. А он просто молча сидел.

— Меня так достали ваши истерики, миссис Снейп! — заявил Северус.

Он встал из-за стола, подошел к шкафу и, найдя нужное, вытащил что-то из него. В его руке был флакончик. Он подошел ко мне и сунул мне его в руку.

— Выпейте успокоительное, вашем положении нельзя так волноваться, — сообщил он мне и вернулся к своему столу.

И тут на меня просто накатила такая боль и обида на него, на себя; опять эти ужасные слова, которые бьют по больному месту.

Зачем он это делает, за что он меня так наказывает, я просто не понимала.

— Да пошел ты со своим зельем! — И кинула в его сторону флакон, он разбился об стену, брызги зелья и осколки стекла посыпались на пол.

Я хлопнула дверью и вышла. В этот же вечер собрала все необходимое и уехала из школы, конечно, забрала и Алекса.

Северус писал мне письма, но я отправляла сову обратно, даже не читая их.

Письма стали приходить к Алексу, он тоже видел, что у нас не все хорошо с Северусом. Иногда Алекс рассказывал, что писал Северус, но я сразу предупредила его, чтобы его отец не появлялся у нашего порога.

Да я и знала, что он и не придет, его гордость ему просто не позволяла. Да и он знал, на что я способна, да и защита дома была поставлена хорошо.

Я боялась, что Северус может подать на развод. Ведь я любила его, несмотря ни на что.

Мне не хотелось, чтобы все закончилось вот так.

Наше лето в Праге с Алексом было таким спокойным и уединенным. Мы целыми днями проводили на берегу озера.

Я познакомилась с одной женщиной — акушером Лукиндой, которая жила недалеко от нас в небольшой деревушке. Она частенько забегала к нам и диагностировала мое положение.

Моя беременность протекала очень хорошо, малышка уже вовсю отзывалась на мой голос и устраивала иногда кульбиты в моем животе.

Алекс часто ложился со мной и поглаживал мой живот своими маленькими пальчиками.

Он что-то шептал, когда гладил мой живот, и, целуя меня на ночь, всегда говорил: «Спокойной ночи мама и моя сестренка!»

Он за эти месяцы научился говорить букву «р» и так обрадовался этому, что весь день рычал без остановки.

Мы вечерами всегда ходили в деревушку, и он там играл с мальчишками, пока я беседовала за чаем с Лукиндой.