События спустя две недели. Новый Орлеан. Доки.

Он приходит в доки уже вторую неделю, а после стоит в одиночестве, чего-то ожидая, но навязчивая мысль об обмане крутится в черепной коробке, а дышать становится трудно. Марсель не может дышать, потому что ее нет рядом, а ведь раньше было все так просто, и Ребекка была рядом, стояла в доках рядом с ним. Марсель все же делает вдох. Но выдыхает, когда проходит очередное имя. Марсель уже не может ничего исправить, и все, что он желает : обнять Ребекку. Он никогда не забудет. Он умрет, но будет помнить, потому что любит ее. Марсель думал, что Клаус убьет его после того поцелуя, но Майклсон только пожелал Марселю счастье рядом Ребеккой.

Накрапывает дождь.

Он продолжает стоять и смотреть в воду, теперь он готов отдать все, только бы Ребекка была рядом с ним и улыбалась, но она рядом с ним только в мыслях. Марсель должен сделать все, чтобы эта иллюзия стала реальностью. Он должен сделать все, чтобы Ребекка вернулась, и поверила тому, что он готов быть рядом с ней, стать ее семьей и защитой.

Марселя находит одиннадцатилетней мальчишка, который обнимает его, и всхлипывает, ведь он мокнет под этим дождем. Марсель дал мальчишке имя Чарльз и поселил в своей квартире. Он видел, как тот благодарен ему за то, что тот не предал. Чарльз доверился ему, и Марсель не подвел его. Чарльз тоже не подведет его, и крепко обнимает его. Сегодня мальчишка решил проследить за ним, и увидел, что Марсель ходит в доки Нового Орлеана. Марсель приходит, смотрит в воду и молчит. Чарльз понимал, что боль причина грусти Марселя, и за его доброту он готов принять его боль на себя. Чарльз в своей жизни сталкивался только с предательством, а Марсель не соврал и вернулся за ним.

— Тебе больно… Не грусти, я обниму тебя, отец.

— Мне не больно, не грустно… Не знаю, как, но я исправлю все. Идем домой, еще заболеешь под этим дождем.

— А я буду рядом.

Марсель впервые слышит « отец » и взъерошивает мокрые волосы мальчишки. Чарльз еще слишком юн и наивен, да и Марсель был таким когда-то, но сейчас все изменилось для него.

Мудрый, искренний, открытый отец - это то плечо на которое можно опереться, тот кто поможет советом . Если отец относится к ребенку как к человеку, способному сделать этот мир лучше, то и ребенок не подведёт. Чарльз не подведет Марселя.

Говорит отец с ребенком на равных, значит, они поймут друг друга. Марсель обязательно сделает все, чтобы быть хорошим отцом для Чарльза, и все, чтобы гордо звать себя отцом Чарльза.

Клаус научил его быть преданным и гордым. Марсель стал достойным протеже своего отца и наставника Клауса Майклсона, но любовь изменила его. Марсель мог причинить боль любому, кроме Ребекки. Ребекки он никогда не причинит боль. Марсель сейчас готов на все ради любви к Ребекки. Он не может дышать, когда ее нет рядом, но пока рядом Чарльз, то Марсель будет верить в лучшее и бороться. Бороться до конца : за себя, за возможность быть с Ребеккой, за возможность создать семью.

Накрапывает дождь.

Входящий с Неизвестного номера.

Аврору учили, что брать чужое нельзя, но сейчас ей наплевать на все правила. С тех пор, как Клаус даровал ей свободу, и возможность выбора прошло уже две недели, и она явно чувствовала то, что договор - это обещание, которое нужно оплатить. Она осталась, чтобы отплатить Клаусу за его доброту и спасение ее и брата, пусть и Тристан был против ее связи с Клаусом, но та уговорила брата. Она, аргументировав свою точку зрение только тем, что любит Клауса и не обожжется. Тристан доверился сестре, и Клаус спрятал его среди людей Марселя.

— Алло?

— Долго не отвечаешь, брат.

— Кто это?

— Никлаус?

— Элайджа? Это Аврора. Что произошло? Где Кетрин?

— Аврора не могу поверить, что это ты! Вы ведь должны бежать, с Тристаном.

— От судьбы невозможно убежать, Элайджа. С Тристаном уже все хорошо. Рада слышать твой голос. Что там произошло?

Вошедший в комнату Клаус увидел Аврору со своим мобильным, и не раздумывая выхватывает его из ее рук.

— Клаус Майклсон я слушаю вас.

— Привет брат.

— Мне сказали: ты исчез. Как ты можешь звонить мне, если ты исчез две недели назад. Элайджа! Должно быть, вся изюминка фокуса с исчезновением принадлежит Кетрин? Надеюсь, я не оторвал вас от захвата мира? Вы теперь знаменитей Бонни и Клайда.

— Катерину всего лишь смертельно ранили и я привез ее в госпиталь.

— Элайджа, ты же знаешь, что вся информация поступает в контору, особенно о раненых. Сейчас же брось Кетрин и уходи! Я вновь не могу потерять тебя, брат. Ты мне нужен.

— Значит, я звоню попрощаться, брат. Я не оставлю Катерину. Она просила меня, жить и уйти, но я не смог. Расскажи всем, что сражался за семью, и спасибо за все брат.

— Элайджа…

— Я сижу здесь уже более трех часов. Я вешаю трубку.

Вызов завершен.

Руки Клауса сжимаются в кулак, и он молчит. Молчит, даже когда осколки разбитого экрана ранят его ладони. Клаус привык молчать каждый день, продумывая все возможные варианты развития событий, но он не мог и подумать, что Элайджа не послушает даже Кетрин. Элайджа сражался вместе с ней, за нее и остался с ней до конца. Клаус выглядит спокойным, в отличии от Авроры, которая бросилась к лежащему на диване планшету Samsung.