* Новый Орлеан. Сейчас. Особняк Майклсонов.

— Аврора!

Его звериный крик вовсе не пугает ее, словно рыжеволосая девушка и не слышит его. Клаус поднимается в ванную комнату, открывает дверь и видит Аврору лежащую в пене. Де Мартель совершенно спокойно реагирует на вошедшего в комнату Клауса, берет в руки бокал шампанского и делает несколько глотков.

— Присоединишься ко мне, любовь моя?

Она словно и не замечает огонек ненависти в его глазах. Клаус знает всю правду, и теперь он зол на ту, к которой тянулось его сердце.

— Как ты посмела!?

Клаус наклоняется к ней, вырывает бокал из ее тонких рук. Бокал разбивается о плитку ванной.

— Я думала, что Хейли не так уж и важна, как и Джексон. Запомни, я думаю только о себе Клаус. Мне плевать на Хейли, Джексона или остальных. Я напишу для них прекрасную поминальную речь. Я думаю в первую очередь о себе, я защищаю только себя, и тех, кто сражался за меня. Конторы попались в мою ловушку. Я сделала это!

Аврора заходится безумным смехом. Его руки сдавливают ее горло. Клаус Майклсон привык находится в центре внимания и всем руководить. Но, Авророй Де Мартель он не смог руководить. Она подчиняется только своим собственным законом. Она утопает в волнах губящей пены. Аврора Де Мартель смирилась с его пленом.

— Заткнись!

Клаус теряет над собой контроль, ведь у него довольно вспыльчивый характер, из-за которого не раз страдали его близкие. Его глаза пусты, душа давно сгорела, а руки сдавливают горло Авроры.

Она утопает и перед ее глазами всплывает образ и слова брата : — Пока еще поздно не стало

беги от него сестра.

Аврора улыбается, отражая удары брата. Сегодня они тренировалась на мечах. Аврора умоляла Клауса спрятать ее брата, и он согласился, с условием, что тот будет работать на него. Клаус укрыл Тристана среди самых надежных людей Марселя, которых называл « семьей.»

Клаус Майклсон не способен любить, и Тристан Де Мартель это.

Аврора улыбается, а Тристан укорачивается от удара сестры, защищаясь оружием.

— Пока еще поздно не стало, беги от него сестра.

Тристан чувствует, что может утратить сестру из-за ее влюбленности в Клауса. Аврора влюбилась в Клауса, без памяти. Она закрылась от всех. Закрыла свой разум.

— Я влюбилась Тристан, и Ник, он… Защищает нас…

В глазах Авроры сияют искры, а сердце в грудной клетки стучит быстрее и быстрее. Тристан пытается улыбнуться сестре, хотя он знает таких как Клаус : жестоких, неспособных любить, тех, которые пойдут на все ради достижение цели. Тристан знает, но молчит, не желаю рушить мечты сестры о счастье. Он прекрасно понимая, что такие отношение ни к чему хорошему не приведут. Дни их вместе сочтены, и Тристан понимал это, как и то, что Аврора, его единственна семья, еще придет к нему в слезах, будет плакать на его груди, пить из его рук горячий молочный улун. Но, сейчас Тристан молчит и уворачивается от ударов сестры. Он молчит ради ее счастья, видя, что она словно ребенок поверила в чудеса, и в ее глазах искры. Тристан только надеется, что пусть Клаус и не способен любить, то не причинит боль и мучения его сестре. Тристан улыбается хотя для себя он уже решил : Если в глазах Авроры появятся слезинки из-за Клауса, то тот заплатит своей кровью.

Клаус напивается в баре, заявляется, в особняк, далеко за полночь и шатается и громко смеется, когда Аврора включает свет и спускается с лестницы.

— Ник… Я ждала тебя. Все это время.

— Плевать, Аврора!

— А мне нет…

— Мне плевать на нас… Сегодня я люблю тебя, а завтра нет.

— Что ты такое говоришь? Ты зол? Ты пьян?

Аврора закрывает свои глаза, отворачивается от него, в сердце разжигает огонь боли. Боль распространяется по венам Авроры. Она обнимает себя, и убеждает, что Клаус проспится, и осознает, что причинил ей боль. Аврора верит, но она еще не знает, что Клаус Майклсон не извиняется ни перед кем. Аврора уходит, обнимая себя и стряхивая слезинку.

Аврора влюбилась и закрыла свой рассудок ото всех. Клаус использует ее, чтобы она выследили его врагов, сняла пароль с флешки Кетрин, и пользовалась МИ-5 для него. Если вами никто не манипулирует, вы в руках профессионалов. Аврора оказалась в руках профессионала. Клаус целует ее в шею, а она хихикает, нажимая на клавиши ноутбука.

— Ник, не сейчас, - смеется Аврора, оборачивается к нему, целует в губы.

— Я хочу только тебя, - Клаус жадно целует ее в губы, обнимает за талию, и притягивает к себе.

— Вчера ты не был так мил, - она проводит по скуле на его лице, а затем отворачивается к монитору ноутбука.

— Вчера, Аврора, - ухмыляется Клаус и разводит руками.

— Я все помню, - хмурится Де Мартель вводя последнюю цифровую комбинацию и на мониторе появляется досье на очередного врага Клауса. — Себастьян Ролен сейчас во Флориде, и могу сказать, что он не навредит тебе.

— Мне никто не навредит, как и тебе, любовь моя, - и после этих слов, Клаус сильно охватывает своими руками талию Авроры, поднимает на свои руки, сидящую на стуле девушку, страстно целует по пути в свою комнату.

Клаус Майклсон манипулятор. Аврора Де Мартель слепо верит ему, слепо верит в эту любовь, когда Клаус страстно целует ее, разжигает в ней пламя, слепо следует за ним. Она следует за ним в эту бездну из страсти и лжи. Она готова упасть ради него в эту пропасть.

Клаус Майклсон добьется своей цели любыми обманными путями, и с Авророй он только ради информации и контроля своих врагов. Аврора верит ему. Клаус утратил веру. Аврора видит в нем что-то особое, что-то, что заставляет ее пульс учащаться, когда он касается ее руки. Клаус видит в ней не более, чем средство достижение своей цели, и он не отпустит ее. Клаус Майклсон не способен любить. Аврора Де Мартель любит его. Их пути встретились, а уже их дни сочтены, потому что это не было любовью только со стороны Авроры, и расчетом со стороны Клауса. И как их пути встретились? Аврора всего лишь пешка в его игре.