Но вопрос Сато, не сразу дошедший до меня, вдруг озарил мне все будущее нечаянной логической догадкой.

Почему японский бродяга задает вопрос именно о курьере, о человеке, найти которого просил меня уважаемый Сумасвами? Но я не должен был сразу выдавать своей догадки. Ведь если Сато убил его, то он и взял посылку, которую нес курьер. И тогда мое общение с обитателями пещеры обретало совсем иной смысл. Я обязан был узнать правду.

А тем временем Сато продолжал допрос:

– Ты говоришь, что ты большой начальник?

– Да, – честно ответил я. – я главный начальник.

– И тебя будут искать?

– Уже ищут. И скоро найдут.

– Плохо твое дело, – сказал тогда японец. – Чтобы тебя не нашли, нам придется тебя убить.

– Но почему? За что?

– Потому что нельзя найти то, чего нет. Тебя не будет – тебя не найдут.

– Но вас все равно накажут.

– Меня уже наказывали и не раз, – усмехнулся японец. – Я никого не боюсь.

– Но голые люди обязательно расскажут о вашем злодейском преступлении.

– Их я тоже уберу, – сказал японец. – Мне это нетрудно сделать.

– Неужели он так думает? – спросил я у По-иза.

– Смерть всегда у него в мыслях. Но он не собирается прямо сейчас кого-нибудь убивать. Он еще не решил.

И тут мы услышали отдаленные голоса. Вернее, я не успел услышать их – у японца и дикаря слух был лучше моего, недаром они провели столько лет в джунглях, – как Сато вскочил. Он резко поворачивал голову – точно как дикий зверь. Мне показалось даже, что его уши настороженно вздрагивали.

В мозгу у меня – никак не мог я к этому привыкнуть – прозвучали слова переводчика:

– Сюда идут люди. Много людей.

– Разумеется, – сказал я спокойно, – меня ищут. И если хоть волос упадет с моей головы, вы дорого за это заплатите!

Сато поднял руку, умоляя меня замолчать.

Затем он обратился ко мне:

– Я отпущу тебя, уважаемый господин Матур. Но умоляю, не говори никому, что тебя посмели ударить. Я не хочу, чтобы наказание упало на головы невинных женщин.

– Не беспокойся! – сказал я насмешливо. – Полетит только твоя голова.

Видно, эти мои слова были тактической ошибкой. Гнев японца сразу же обрушился на голых дикарей.

– Я их уничтожу! – закричал он. – А сам убегу!

И с этим криком Сато кинулся вверх по склону, а По-из обратился ко мне:

– Умоляю вас, директор Матур, спасите моих соотечественников.

– Но как я могу им помочь? Хотите ли вы, чтобы я поспешил навстречу моим друзьям, которые меня ищут, и поторопил их?

Несчастный переводчик отрицательно покачал головой.

– О нет, только не это! – воскликнул он. – За это время Сато убьет всех остальных. Только на вас наша надежда! Поспешите же, спаситель!

Я понял, что переводчик прав. Если я не спасу дикарей, таких ценных для этнографической науки, то они погибнут и нам некого будет изучать. Я помчался вслед за японцем и успел в пещеру как раз следом за ним.

Все дикари, человек пять-шесть, не больше, сжались испуганно у стены.

– Я сейчас вас убью! – закричал хрипло японец.

Дикари упали на колени и простирали к нему тонкие руки, умоляя пощадить. Но Сато был непреклонен. Он выхватил из-за пояса острый штык и устремился к молодой хрупкой девушке-переводчице.

– Только не она! – закричал По-из. – Кто угодно, но только не она!

Сато хохотал дьявольским смехом.

– Остановись, несчастный! – произнес я тем громовым голосом, который возникает у меня в минуты душевных переживаний.

– И не подумаю! – настаивал японец.

И я вложил в свою фразу все благородство моей души:

– Я согласен быть заложником!

– В каком смысле?

– Ты пощадишь этих несчастных. Я же останусь с тобой. И если ты решишь, что твоей поганой жизни что-то угрожает, вот моя открытая грудь. Ударь в нее ножом, но пожалей несчастных!

Сато задумался.

Дикари, все как один, упали передо мной на колени, благодаря за спасение их жизней.

Я понимал, что хитрый японец сообразил, что я как заложник стою в тысячу раз больше, чем все голые дикари вместе взятые.

– Согласен, – сказал он. – Только ты пойдешь вместе с нами в мое тайное убежище.

– Хорошо, – ответил я. Я купил главное – время! Я купил жизни дикарей. Человечество этого не забудет.

– Собирайте припасы! – приказал Сато. – Кто сколько может унести. Мы уходим в тайное убежище.