На пороге стоял радостный, улыбающийся Тарасов, собственной персоной!

Едва он увидел в своем доме Агапова, с обнаженным торсом, с полотенцем на бедрах, улыбка слетела у него с лица. Да и челюсть готова была выпасть. Сначала от удивления, потом от возмущения. Коля шагнул через порог, изумлённо спросил:

– Агапов?! Ты что здесь делаешь?! В таком виде?

– Коль, понимаешь, я кофе нечаянно пролил себе на форму. Марина её постирала, повесила сушить. Но ещё не всё просохло! – у Агапова были такие умоляющие жалобные глаза.

Марина стояла удивленная:

– Коля, так ты же завтра вечером обещал приехать!

Тарасов сделав надменное лицо, упрекнул её:

– А я к тебе спешил, любимая! Я-то думал: ты все глазоньки проглядела, меня у окошечка ожидаючи. А ты тут не скучаешь, оказывается! – он прошел вглубь квартиры, заглянул в спальню:

– Ну, так и есть! Уже и кровать расправлена, приготовлена! Так вы ещё просто не успели! Всё как в старом анекдоте: приезжает муж из командировки раньше положенного…

– Коля! Всё же не так, как ты думаешь! Сейчас я всё тебе объясню!

– Не надо мне ничего объяснять! Я в этом не нуждаюсь, уже всё итак ясно!

Эй, ты, герой-любовник! Забирай свои манатки и проваливай подобру-поздорову!

– Ты чего?! У него же форма ещё не просохла! Как он пойдет, на улице не лето!

– А мне наплевать! Пусть катится к чертям собачьим! Или ты хочешь его до утра здесь оставить? Нечего сказать, нашла себе любовничка! Он же лох, неудачник! Вечно в висяках сидит. Кроме бытовухи ничего и раскрыть-то не может!
– Коля уже не знал, какие аргументы ещё привести Марине, чтобы убедить в неправильности её выбора, в сердцах ляпнул, - А ещё он алкаш и бабник!

Андрей стоял перед ним, понуро опустив голову, потом поднял глаза на Тарасова:

– Неправда, я не бабник. Просто не нашел ещё ту, единственную.

– Ага, всё ищешь и найти не можешь! – глумился над ним Николай.

Марина молча слушала, что он говорит. Она посмотрела на Агапова, сжавшегося, словно прибитого его словами. И так ей стало неловко, даже стыдно за Колю. Со словами:

– Тарасов, замолчи! Тебе же завтра будет стыдно за эти слова! – она влепила ему пощёчину. Отвернулась, прихрамывая на больную ногу, пошла в спальню. Там уже дала волю слезам.

– Ах, вот как?! Ладно! Тогда я уйду! Оставайтесь, голубки! – Коля психанул, с обиженной и, одновременно, рассерженной мордашкой, громко хлопнув дверью, выскочил из квартиры.

========== Часть 2 ==========

Андрей поспешил в спальню. Марина сидела на краю кровати и плакала. Он присел рядом.

– Мариш, не плачь! Ну, не плачь, пожалуйста! Он же не хотел тебя обидеть! Да любой другой мужик повел себя бы точно так же! Даже просто из чувства собственника. А у вас же любовь!

Марина удивленно подняла на Андрея заплаканные глаза:

– И ты ещё его защищаешь? После того, что он о тебе наговорил?

– Да он разозлился просто! В сердцах чего не скажешь!

– Я понимаю, разозлился! Но мы же с тобой ни в чем не виноваты! Он ведь даже выслушать не захотел! Ничего не дал объяснить! А самое противное, что он не поверил, что ничего не было! То есть, он увидел тебя в полотенце, и всё для себя уже решил. Если любят, то доверяют друг другу!

– Да всё так! Мариш! Не плачь только! Всё из-за меня! Это я, дурак неловкий, кофе пролил, - он печально вздохнул.

– Причем здесь ты? У нас и раньше размолвки были не один раз, - всхлипнула Марина.

Андрей посмотрел на неё тепло:

– Значит, помиритесь снова!

Он приобнял девушку за плечи. Она доверчиво прильнула к его груди, обхватила его за пояс.

– Андрюшка! Ты такой хороший!

Он удивился:

– Как? После того, что обо мне сказал Коля, ты будешь со мной общаться?

Она вытерла слезы ладошкой.

– Конечно! Ты же сам сказал, что это он в сердцах…

– А если это правда?

– Даже, если правда! Я не верю, что ты можешь быть плохим! Я людей чувствую.

– Спасибо!
– сказал Андрей, в порыве благодарности легонько коснулся её щеки губами.

Он думал, что она рассердится, поэтому сразу отстранился.

А Марина улыбнулась, звонко чмокнула его в щеку.

– Значит, мы - друзья?- спросил Андрей.

– Да, конечно!

Он буквально просиял от радости. Поднялся, пошел и проверил свою форму, она была ещё чуть-чуть влажная. Он опять вздохнул.

– Что, не просохла ещё? – спросила Марина, стоя в дверях, - Знаешь, давай я её утюгом попробую высушить!