Игорь понял: несмотря на оплошность, сержант верит в него, и он сделает все возможное, чтобы оправдать доверие.

Из укрытия они наблюдали за действиями моджахедов. Случилось так, как и предполагал сержант. Сделав вид, что они будут прорываться всеми силами через прикрытый скалой низ долины – там их и ждал сержант Петров с основными силами, – вдруг резко развернулись и стремительно поползли, оставив группу прикрытия, вправо прямо навстречу Игорю с напарником. Теперь несколько минут они хозяева положения, надо это время использовать бережно.

«Духи» выползли из-за камней на тропу. Двигались осторожно, но уверенно. По очереди привставали и, пригибаясь, перебегали открытые места и снова прижимались к каменистой земле. Осматривались и ползли дальше вперед. Но вот на какое-то время они скрылись из виду.

– Оставайся здесь, я проведу разведку, – приказал Потапов. – Не могли же они провалиться сквозь землю.

Игорь остался один. Куда они делись?

Перестрелка на другом конце долины прекратилась, и на короткое время установилась тревожная тишина. Игорь до рези в глазах всматривался в тропу. Никого. Вдруг внизу, за огромными валунами раздался взрыв гранаты. Началась беспорядочная стрельба. Из-за камней выскочили «духи» и, пригибаясь, колонной двинулись вверх по тропе, прямо навстречу затаившемуся за камнем Игорю. Он выждал, когда они выйдут на широкую площадку перед ним, и только тогда дал полную очередь из автомата. «Духи» от неожиданности попадали на землю, замерли. У Игоря мелькнула шальная мысль: он уложил всю группу душманов, не меньше десятка. Но те, поняв, что впереди малая группа, а с другого фланга спешат основные силы советских, поднялись и пошли вперед на прорыв. Только один из них остался лежать на месте.

Камни вокруг Игоря вспарывали пули. Одна, с жужжанием, задела ему правое плечо. Он не испугался – совсем неожиданно для себя. Пуля напомнила ему безжалостную лесную осу, вонзившую в плечо до самой кости. Он выбросил из своего укрытия гранату, ощутив тут же резкую боль в плече. Но можно было терпеть. Из-за камней справа пальнул из гранатомета Коля Потапов. Верный расчет! Выстрел со стороны создавал видимость нахождения здесь немалых сил. Моджахеды стали отползать вниз. А там их поджидал сержант Петров с группой. Душманы понесли большие потери. Только нескольким из них удалось уйти в горы, проползли где-то через расщелины.

Пленные выглядели жалкими, но это было обманчивое впечатление. Игорь знал теперь: дай им в руки оружие, и они преобразятся!

– Ну, как ты, ранен? Давай перевяжу! – подскочил к Игорю Толик Васин, находившийся во время боя в основной группе. – Грамотно вы их остановили. Там, на тропе, трое убитых «духов». Это ты их уложил? А я только ранил одного. Далековато были.

К ним подошел сержант Петров:

– Не надо было их близко подпускать. Вы здорово рисковали. Но в общем молодцы! Доложу командиру.

Игорь испытывал сложные чувства. Пока шла горячка боя, он стремился уничтожить как можно больше «духов», они вызывали в нем какую-то звериную злобу. Действительно, «духи» – как привидения, появляются и исчезают внезапно. Каждый камень, каждая трещина в скале им знакома. Они неуловимы. Уничтожить хоть одного – удача, тем более для молодого бойца.

Но стих бой – и все воспринималось уже по-другому. Убитый бородач мог оказаться сыном старика – дехканина. Он воевал против чужих, пришедших на его родную землю. Ведь не секрет, что моджахедов многие местные жители поддерживают, дают им приют в кишлаках, помогают укрываться, иначе сопротивление оппозиции давно было бы сломлено. Вон, даже мальчишки высматривают передвижения советских групп и каким-то образом докладывают курбаши.

Горы для наших солдат чужие. Жуткое ощущение: каждый камень таит в себе опасность. Послышатся выстрелы в горах, и не поймешь: откуда стреляют?

Иногда, когда Игорь прислушивался к перекатам в горах гулкого эха от выстрелов, смятение вкрадывалось в его душу: зачем они здесь?

На вечерней поверке майор Седов объявил благодарность отличившимся бойцам. В список включили и Игоря с Толиком. После отбоя кто-то из бывалых бойцов раздобыл в пищеблоке немного спирта. Игорь пробовал его впервые в жизни. Голова сразу закружилась, и под смех «стариков» он повалился на койку. Но прежде чем он провалился в забытье, ему привиделось, как он танцует вальс с одетой в белоснежное свадебное платье Ингой. Вокруг них мелькали знакомые лица – из той прошлой мирной жизни и этой боевой, пока не слились в одну белую вертящуюся карусель…

…Через три месяца Игорь с Толиком попали на сторожевую заставу, которая занимала одну из господствующих высот в горах вдоль дороги Кушка – Кадагар.

Дорога та, зачастую узкая, пролегала среди скал над пропастями. На труднодоступных участках дороги, на подходах и подъездах к водоисточникам, объездах, бродах через реки, в брошенных кишлаках были заложены мины и фугасы. При проводке колонны наших войск требовалось проведение крупных операций по разминированию дорог, взятие под контроль господствующих высот: в горах тот хозяин, кто выше. Часть высот была взята советскими войсками под постоянный контроль.

Служба на сторожевой заставе была не из легких. Такие заставы выставлялись и для охраны аэродромов, электростанций, гарнизонов. Небольшая группа солдат, около десяти человек, многие месяцы находилась на высоте, где кроме оборудованного укрытия для отдыха, возводимого своими силами из подручного материала, техники и вооружения ничего не было. Запасы продуктов, воды, боеприпасов, дров и угля доставлялись вертолетом на месяц. До другой заставы было далеко, а вокруг – вражеское окружение и затаившиеся грозные горы. В любую минуту надо быть готовыми к обстрелам и нападениям. И так продолжалось многие недели, порой месяцы.