– Моя мама меня не любит, – плаксиво сказал мальчик с яркими вишнёвыми глазами.

– Глупости, – тут же уверенно ответила девушка.

– Нет! – завопил Рейджи, – Это правда. Мама любит только Шу, а меня она презирает.

– Мой отец говорил мне, что у судьбы есть три Богини. Эти Богини, как только человек появляется на свет, начинают вить нити судьбы. Этими нитями они связывают людей друг с другом с их домами, с городами. Иди куда пожелаешь, делай, что угодно, но тебе не убежать. Судьба тебя настигнет, – ясновидящая печально улыбнулась мальчику, который с интересом её разглядывал. Рейджи смотрел на, сидящую на полу, девушку, которая изо всех сил пыталась его утешить и избавить от давнего страха, – У тебя тоже есть своя судьба, Рейджи. Поверь, твоё будущее светлое. Не смотри на остальных, мой мальчик, не потворствуй своей матери, не завидуй брату. Потому, как у них своя судьба, а у тебя своя. Всё, что ты делаешь, ты должен делать лишь ради себя. Только так ты сумеешь прийти к долгожданному светлому будущему. Я же тебе говорила, случайностей не бывает. Не потворствуй желаниям других. Нити судьбы, что связывают тебя… возможно, ты должен взять эти нити в свои руки, – она подмигнула мальчику и улыбнулась самой искренней улыбкой, которая только у неё была, – А на счёт своей матери, скажу лишь одно: если женщина не может любить своего собственного ребёнка, то она не может называться матерью, – она обняла мальчика ещё сильнее, чем прежде, а через несколько секунд начала тихо петь песню, убаюкивая его.

– Месяц над нашею крышею светит,

Вечер стоит у двора.

Маленьким птичкам

И маленьким детям

Спать наступила пора.

Завтра проснешься – и ясное солнце

Снова взойдет над тобой...

Александра нежно гладила Рейджи по волосам и продолжала прижимать его к себе. Он успокаивался и мило сопел ей в шею.

Мой птенчик пригожий,

Пусть никакая печаль не тревожит

Детскую душу твою.

Ты не увидишь ни горя, ни муки,

Доли не встретишь лихой...

Вырастай на просторе,

Быстро промчатся года,

Смелым орленком на ясные зори

Ты улетишь из гнезда.

Ясное небо, высокое солнце

Будут всегда над тобой.

Рейджи совсем обмяк под конец. Мелодичный голос ясновидящей успокаивал его. Он обнял девушку за шею, а Александра положила мальчика себе на колени. Ласково напевая песенку, Александра только сейчас увидела, где она находится. Эта церковь была тем самым местом, где она вышла замуж за своего заклятого врага десять дней назад. Здесь проходила её свадьба. Она ненароком вспомнила о церемонии, то, как стояла возле алтаря и произносила священную клятву, как клялась в верности и вечной любви к тому, кого больше жизни ненавидела.

“- Клянёшься ли ты любить своему мужа?”

“- Да, клянусь.”

От одних только этих воспоминаний на глазах у ясновидящей появились слёзы.

“Как можно полюбить того, кого ненавидишь? Хотела бы я знать.”

Сама мысль об этой свадьбе грызла провидицу изнутри.

“Почему мне так больно, при упоминании о том дне? Почему я постоянно вспоминаю наши с ним клятвы? Почему вспоминаю то, как он признавался мне в любви? Я всё чаще начинаю думать о нём. Мои мысли лишь о нём. Как так случилось, я и сама не пойму. Когда Рейнхард написал мне то любовное письмо, то я очень сильно разозлилась, так как не хотела, чтобы наши с ним отношения менялись, не хотела, чтобы моя ненависть к нему потихоньку гасла.”

Рейджи аккуратненько приподнял голову. Песня, что пела ясновидящая, уже закончилась. Мальчик увидел, как прорицательница печальным взглядом смотрит на церковный алтарь. Рейджи смотрел, то на девушку, то на церковь.

– Почему ты плачешь? – спросил мальчик, глядя в голубые глаза Александры, – Тебе грустно?

– Я запуталась Рейджи, – тихонько ответила девушка, – Я не знаю, как мне быть, – она ещё раз мягко погладила его по голове.

– Тогда, может быть, я тебе помогу? – смело заявил мальчик в очках, – Ты помогла мне спрятаться от грозы, и теперь я помогу тебе перестать грустить.

– Ах, Рейджи, – провидица улыбнулась, – Есть человек, которого я полюбила, точнее я думала, что люблю его, но у меня с ним не может быть будущего, потому как теперь я принадлежу другому. Твой отец говорит, что любит меня, – мальчик вздрогнул, когда речь зашла об его отце, – Но я не люблю его.

– Тогда ты любишь кого-то другого? Не папу? – спросил мальчик, при этом с силой сжимая край её сари. Александра посмотрела на него своими слегка заплаканными глазами. В них читалась печаль и боль. Это правда, она не испытывала каких-либо особых чувств к Карлу Хайнцу. Она не могла этого скрыть. Без каких-либо слов можно было понять ответ девушки. Рейджи с первого взгляда осознал ситуацию. Он тут же подскочил с места и, крепко сжимая края её накидку, начал плача кричать, – Не оставляй нас! Останься с нами и с папой, – из его глаза полились дорожки слёз. Он всё сильнее сжимал её одежду.

– Но я ведь не люблю его, не хочу его видеть, думать о нём, – честно призналась ясновидящая, – Не хочу переставать его ненавидеть. Прости меня, Рейджи, за это.

– Останься с нами ради меня, ради папочки. Он будет грустить, если тебя не будет рядом, – завопил мальчик, – Ты тоже меня не любишь, да? Так же, как и моя мамочка?

– Ну, что ты, – Александра обняла крепко плачущего Рейджи, – Ты и остальные дети в этом доме – вы единственные, ради которых я всё ещё остаюсь тут. Вы – моё сокровище, как я могу вас не любить.

– Ты останешься? – спросил он плаксивым голосом.

– Конечно, – она улыбнулась и прижала мальчика за голову к своей груди, – Куда же мне ещё тогда идти?

Когда она увидела, что дождь прекратился, то она приподнялась с мраморного пола, при этом держа за руку мальчика. Они оба вышли из церкви. На дворе уже была ночь. Из-за дождя появилась роса. Они оба пошли к дому. Уже находясь в саду возле особняка, мальчик вновь остановился перед кустами с белыми розами.

– Что такое, мой мальчик? – спросила ясновидящая, увидев, как Рейджи заинтересованно смотрит на цветы.