– Боже, неужели ты стал философом? – с иронией спросила я.

– Ну, как-ни-как, но я уже очень стар.

– Прекрати, ты всё ещё молод, – я отмахнулась от его слов, как от назойливой мухи.

– Только внешне, – послышался ответ из темноты.

– Старше, чем Папа Римский? – как бы невзначай спросила я.

– Да, – коротко ответил король.

– Намного?

– Да.

– А можешь назвать точную дату?

– Я не помню.

– Как это? – я очень сильно удивилась. Как можно не помнить год своего рождения?

– Это было слишком давно.

– И тебе не скучно?

– Ммм?

– Я про то, что ты ведь бессмертен… Тебе не скучно? – вновь повторила свой вопрос я.

– Ну, меня как бы никто и не спрашивал особо, – насмешка была слышна в его голосе, – Я просто живу, при этом не имея возможности умереть. Я не старею.

– Совсем?

– Ага.

– Кстати, и долго ты будешь ещё тут ошиваться?

– До утра, – пропел блондин, – А ты что, не рада?

– А, почему это я должна быть рада? – ответила ему той же монетой. Язвительность и колкий язычок хорошенько прошлись по самодовольности Карла.

– Завтра я уезжаю, – а вот эта новость меня слегка поразила, я даже подскочила с подушки, на которой лежала.

– Что? Как? Куда?

– Ну-ну, не стоит так на меня набрасываться, – и снова усмешка в голосе, – Война с оборотнями ещё не закончена. Мне нужно работать. У меня много дел. Не бойся, я вернусь сюда через пару месяцев.

– Хех, а я и не боюсь. Можешь катиться на все четыре стороны, мне то что? Ты вообще не обязан мне ни о чём докладывать, – ишь чего, размечтался! И вовсе я не волнуюсь, – Почему-то у меня плохое предчувствие. Что-то должно произойти, – шёпотом произнесла я. Моё лицо стало очень серьёзным. Внутри было ощущение дискомфорта, будто что-то очень страшное надвигается. Такое чувство посещало меня, когда большая беда должна прийти не сразу, позже, но масштаб бедствия так велик, что сама судьба делает мне заранее предупреждения.

– И, что же это за предчувствие такое?

– Это предчувствие спасло не одну империю, Рейнхард, – грубо ответила я, – Я никому не позволю сомневаться в моём даре! Даже тебе. Я потратила на это всю свою жизнь, и хоть она была не так велика, как твоя, но не смей думать, что всё, что я говорю, пустой звук! И, если я говорю, что что-то случится, значит, это случится!

– Я и не сомневаюсь в тебе, – послышался уверенный твёрдый ответ, – Я полностью уверен в том, что ты говоришь правду. Так, что ты “видишь”?

– Пока ничего, – коротко ответила я, – Это событие произойдёт не сейчас, после, поэтому я не вижу деталей. Я знаю лишь то, что эта беда связана с этим домом, – Карл насторожился, – Я вижу алый огонь… повсюду горит это пламя… и дикие крики звучат повсюду. Больше я ничего сказать не могу. Рано. Нужно, чтобы прошло больше времени.

Карл не мог пропустить её слова мимо ушей. Он взял их себе на заметку, – Ложись спать, тебе нужно отдохнуть. Свадьба тебя сильно утомила.

Я без лишних пререканий легла и заснула. Свадебная процессия действительно очень сильно меня вымотала. Когда я проснулась на утро, то Карла уже рядом со мной не было. Он уехал, оставив после себя только свой неповторимый запах и одеяло, которым он меня укрыл, пока я спала.

Поднявшись, я подошла к туалетному столику, где висело небольшое зеркало. Я всё ещё была одета в свадебное платье. Сев на пуфик, я взяла в руки то самое кольцо, которое я вчера же и сняла с себя. Сейчас у меня было время поплакать обо всём несбывшемся, о чём я мечтала. Слёзы сами полились из моих глаз, обжигая мою кожу, будто кислота. Я и мечтать не могла о такой роскошной свадьбе, которая была у меня вчера, о таком дорогом обручальном кольце, которое подарил мне Карл. Я всего лишь хотела обрести свободу. Я мечтала выйти замуж за Жоэля и быть супругой простого бродячего музыканта.

“Я уже замужняя женщина и не имею права носить и уж тем более хранить это кольцо у себя.” – я медленно начала крутить металлическое колечко у себя в ладони, – “Почему же я не могу его выбросить? Почему постоянно думаю лишь о Жоэле?”

Я взяла колечко и положила его в небольшого размера шкатулку с тайником, чтобы никто лишний раз не смог найти его среди остальных украшений. Пусть у меня теперь и есть законный муж, но люблю я всё ещё только Жоэля. Пусть я и не сумела стать его женой, но хранить память о нём я могу. Я хочу сохранить это кольцо, как напоминание о наших с ним чувствах друг к другу. Кинув взгляд в сторону, я увидела лежащее на тумбочке зелье, то самое, которое отдал мне вчера ночью Рейнхард. Он сказал, что внутри находится его сердце.

Я поднялась и, взяв бутылочку с эликсиром, замахнулась рукой, чтобы разбить его “сердце” вдребезги.

“Не нужна мне его любовь! И сердце мне его тоже не нужно! Пусть катится к чертям со своей безграничной любовью! Никогда в жизни я не полюблю его!”

Вся в слезах, находясь уже на грани истерики, я уже хотела кинуть пузырёк на пол, чтобы отомстить ему.

Пусть тоже лишиться всего так же, как и я. Я хотела сделать ему больно так же, как и он мне, когда насильно заставил выйти за него. И не важно почему он это сделал, будь он даже трижды влюблён в меня, он не имел права разрушать мою уже устоявшуюся жизнь. У меня был жених, давняя подруга и Ватикан – три вещи, которые были для меня смыслом жизни, а теперь всего этого нет и всё это из-за него. Это он виноват во всём.