– И что вы придумали?

Ему рассказали о граффити, о рисунках на стенах доисторических пещер и отношению к ним неразвитых дикарей. Ему рассказали о задуманном трафарете.

Ректор помолчал, явно обдумывая идею.

– Слишком долго, - наконец заговорил он.
– Создание трафаретов, - объяснил они в ответ на вопросительные взгляды.

– Что вы!
– удивилась Сашка.
– Наоборот, это самая лёгкая часть дела.

– То есть?

– Трафареты можно делать в геометрической прогрессии: я рисую один, вырезаю нужное и сразу же рисую его на следующем листе. Пока я рисую третий, кто-то второй берёт второй лист и вырезает трафарет. И тут же копирует его, затем отдавая следующему, как и я - свой третий, а на деле уже четвёртый. Рисовать-то надо будет только первый. Остальные и ребёнок сделает.

– Значит, вы хотите обратиться в магический департамент с этим предложением, но боитесь, что чёрные шаманы узнают о нём.

– Да.

– А почему бы не обратиться лишь к одному чиновнику? Умеющему держать язык за зубами?

– Для того чтобы нарисовать граффити на домах, особенно частных, нужно разрешение правительства, - вмешался Доран.
– А чтобы его получить, как минимум несколько чиновников должны быть в курсе дела. А это уже информационная опасность.

– Но чего вы хотите от меня?
– доброжелательно поинтересовался Каа.

– Совета, - мрачно сказал Эйлилл.
– Как поступить? Говорить ли в департаменте о нашей идее? Или ей не будет хода? Как думаете вы, мастер Тайернан?

– Не попробовав блюда, не узнаешь его вкуса, - задумчиво сказал Каа.
– К сожалению, только и могу, что предложить вам довериться кому-нибудь в департаменте. И заверяю вас, что ни одно слово, только что произнесённое в этом кабинете, не услышит никто, кроме присутствующих здесь.

– Спасибо, - сказал Доран и взял Сашку за руку, чтобы вывести её из кабинета.
– Пойдём. Нам надо будет подготовиться к завтрашнему собеседованию.

Сначала Сашка пришла в ужас: тащить её за руку - на виду у всех студентов?! Даже Кэйтрия испугалась. Но потом вдруг выдохнула, сложив трубочкой губы. Не сразу, но до Сашки дошло: теперь она, Сашка, на особом положении. Уже не просто телохранитель. Абитуриентка, ёлки-палки!

Но, тем не менее, травника она остановила. За закрытой дверью к ректору.

– Доран!
– воззвала она к нему.
– Подожди ты меня тащить! Я пока ещё телохранитель и буду исполнять свои обязанности!

– Но ты...

– Доран, мы есть хотим!
– рявкнула Сашка.
– Прошло три пары, да ещё полчаса, если не час, после учебного дня! Или идём домой, в гостиницу, - или в трактир!

Студентов в коридоре оказалось маловато: кто ушёл в библиотеку, кто - домой, но на рявканье телохранителя обернулись все. Сашка немедленно понурилась и поплелась за Кэйтрией, которая придушенно хихикала из-за созданной ситуации. И так получилось, что насупленный Доран брёл за парочкой Эйлилл - Кэйтрия, в то время как их всех охраняли Гарбхан и Сашка. В общем, не повезло одному травнику. Парочка впереди весело вспоминала последний практикум. Телохранители позади обсуждали тренировку на крыше, а Доран, потерянный, не знал, к кому примкнуть. Сашка его не жалела, зная, что ждёт их в гостинице.

Двадцать вторая глава

"Опять ёлы-палы, - сделала открытие Сашка, - да мне легче Гарбхану морду набить, чем поверить, что именно мне дано столько всего. Но так в жизни не бывает..." Память, за два года подготовки к экзаменам основательно вымуштрованная мамой, суеверно подсунула балладу Жуковского про царя, богатства которого всё прибывали и прибывали, а его один тип запугивал, как бы потом сторицей не воздалось ему за лёгкость приобретения всего, что пожелается.

Пока шли в гостиницу, она мысленно перебирала: здесь пригодились все умения, которые она получила в своём мире - умения рисовать и драться. Кроме того, обнаружилось, что у неё ещё и способности к магии. Вроде - живи и радуйся. Так нет. С новой силой возникли мысли о том, что она здесь временно. Что должна как-то помочь городу избавиться от чёрных шаманов и цвергов, а потом её вернут в свой мир. И тогда... Она глубоко вдохнула, чтобы расслабить челюстные мышцы, которые затвердели, как только она поняла, что вот-вот позорно разревётся. Нет, домой - это здорово. Но...

Как жить Кэйтрии без неё? Эйлилл, конечно, уже всем раскрылся, что ему нравится девушка, которую до сих пор, как и все остальные в группе, считал непорядочной и скупой - пытавшейся жить за чужой счёт, а теперь он точно знает, что она была ограблена прислугой собственной родственницы и стоически переносила насмешки и справедливую злость других студентов. Но будет ли он с ней всегда? А если всякие дурацкие светские условности заставят его изменить... Нет, отношение он уже изменить не сможет, но ведь богатые родичи, например, могут его заставить отказаться от привязанности к небогатой девушке, за которую некому заступиться! И как тогда будет чувствовать себя Кэйтрия? Нет, теперь-то ей будет легче. Дан толчок, с которого она будет и дальше получать достаточно монет, чтобы доучиться. Но одиночество, когда не с кем поделиться своими горестями... Доран наверняка ей поможет. Но это другое. Да и захочет ли Доран...