— Ананас! Мой любимый! — Василиса благодарно взглянула на отца.

— Я знал, что ты обрадуешься. Подожди! — Он напустил на себя таинственный вид и исчез в коридоре. Через минуту из-за угла выплыл букет чудесных чайных роз.

— Самой красивой девочке в мире! — торжественно провозгласил Андрей.

— Спасибо, папочка! — рассмеялась Лиса. — Как пахнут! — восхищенно вдохнув тонкий аромат, она, со счастливым видом, обернулась к матери.

— А это тебе, родная! — Андрей вытащил из пакета охапку ослепительно-белых крупных хризантем.

— Помнишь… — Милино лицо озарилось улыбкой.

— Конечно!

Заметив грусть в глазах жены, он виновато произнес:

— Поверь, сам себя ненавижу за то, что творю!

— В это верю как раз! А вот в то, что ты можешь справиться с собой, извини, почти нет.

— Милочка! Я обещаю…

— Не нужно никаких обещаний, просто постарайся, прошу!

— Когда ты так говоришь, я сквозь землю готов провалиться! — Андрей подошел к жене и, заглянув ей в глаза, ласково провел ладонью по лицу. — Прости, маленькая, в моей жизни нет никого, дороже тебя и Лисы.

— Тогда почему?!

Он в отчаянии схватился за голову и взъерошил волосы.

— Я тысячу раз сам себе задавал тот же вопрос!

— Давай оставим проблемы в старом году, — предложила Мила и весело обратилась к дочери: — А сейчас быстро накроем на стол, иначе праздник наступит без нас!

От слов жены Андрей ощутил необыкновенную легкость. «Да, решено, — подумал он, — теперь я стану жить только для семьи!» Воспоминание о прежних похождениях вызвало отвращение и стыд.

— Пап, чувствуешь, как вкусно пахнет? — прервала его размышления Василиса.

— Конечно, чувствую! — отозвался Андрей.

— У нас сегодня утка с яблоками, а еще мама такой торт испекла!

— Я никогда не сомневался в ее способностях.

Закончив с приготовлениями, Мила зажгла в центре стола свечи.

— Теперь можно садиться, — удовлетворенно произнесла она.

— Красота! — Андрей налил в бокалы вино и предложил тост: — Проводим старый год, и пусть все плохое останется в прошлом…

Из коридора подул ледяной ветер.

— Мам, у нас что, на кухне окно открыто? — вопросительно посмотрела Василиса. — Закрыть?

— Я ничего не открывала.

— А откуда тогда так сильно дует?

Налетевший порыв ветра потушил новогодние свечи.

— Ума не приложу! — Мила зябко поежилась.

В коридоре испуганно заскулил Оппи и попятился, с поджатым хвостом, в комнату. Его остекленевший взгляд не отрывался от чего-то невидимого.

— Мне страшно, — прошептала Василиса, придвигаясь поближе к матери.

— Не бойтесь, девочки, я вас в обиду не дам! — Андрей пересел на диван и обнял жену и дочь.

Леся, спокойно лежавшая до этого рядом с хозяйкой, выгнула спину и злобно зашипела. Ее огромные зеркальные глаза нацелились на дверной проем. В следующее мгновение она грациозно спрыгнула на пол и крадучись приблизилась к растерянному терьеру. Слегка потершись о его бок, кошка выдвинулась вперед и глухо, по-собачьи, зарычала, сотрясаясь всем телом.

— Что с ней? — удивился Андрей.

— Пугает, — тихо ответила Мила.

— Странно…

Квартира огласилась низким утробным воплем. С отчаянным визгом Леся прыгнула в пустоту, широко расставив лапы с выпущенными когтями.

На Милиных глазах в проеме двери возникли неясные, колеблющиеся очертания человеческой фигуры, которые вскоре материализовались в Антонину Павловну, изо всех сил пытавшуюся оторвать от себя кошку.

— Вы это тоже видите?! — спросила она, завороженная фантастическим зрелищем.

— Да, прямо цирк, — ухмыльнулся муж, — висит в воздухе…

— Пап, а такое разве бывает? — недоумевая, обратилась к отцу Василиса.

— Значит, нет! — заключила потрясенная Мила.

— Как же «нет», если Леся висит? — не согласилась дочь.

— Да неужели вы не видите Антонину Павловну?!

— Кого?! — одновременно воскликнули Андрей и Василиса. На их лицах отразилось изумление.

Вспомнив про подаренные иерусалимские свечи, Мила открыла буфетную дверцу. «Хорошо, что спички не унесла», — мелькнуло в голове. Едва загорелось пламя, ледяной ветер бесследно исчез. Оппи удалился в коридор, а Леся, спрыгнув на ковер, принялась тщательно вылизывать лапки.

— М-да, — смущенно заметил Андрей, не зная, что еще можно произнести в подобной ситуации, — в жизни бы не поверил, если бы мне про такое кто-нибудь другой рассказал! Уже без пяти двенадцать! — спохватился он, торопливо откупоривая шампанское. По телевизору передавали поздравление президента Ельцина с наступающим Новым годом. — Девочки, подставляйте бокалы, быстрей!

— Ты же дочери наливаешь! — задержала Мила руку мужа.

— Мам, я уже давно не ребенок! — обиделась Лиса.

— А кто? — поинтересовался отец.