– Кто это, мам?

– Неважно. Иди пока к себе. Мистер уже уходит.

Она красноречиво указала мне в сторону лифта.

– Хелен, ну зачем ты так?
– вздохнул я.
– Я поговорить хочу. До Лоры никак не могу дозвониться, и...

– Издеваешься?!

И парень, и Хелен посмотрели на меня так, что стало понятно - я снова где-то облажался.

– Мама умерла, - сухо сказала Хелен.
– Полтора года назад. Я тебе даже присылала приглашение на похороны. Но ты, как обычно...

– Мне жаль. Хелен...

– Ни хрена тебе не жаль!
– перебила она меня.

Я прислушался к себе и кивнул.

– А знаешь, ты права. Не буду врать.

Она лишь дернула плечами и скрестила руки на груди, наблюдая за мной с холодным любопытством.

– Зачем ты явился сюда, Шарп?

Я чуть помедлил с ответом. Чувствовал себя полнейшим болваном. Хотя, наверное, и поделом мне.

– Я вышел в отставку, - сказал я, наконец.
– Решил переехать в более спокойный город. И... вспомнил о тебе. Захотел увидеть. Узнать, как ты.

– Ну, надо же! И двадцати лет не прошло!

Я пропустил ее сарказм мимо ушей. Просто выжидающе смотрел на нее, прислонившись плечом к косяку двери.

– Вы... тот самый Шарп?
– спросил меня Брэндон, оглядывая меня так, будто двухголового теленка увидел.

– Тот самый, какой же еще, - язвительно отозвалась Хелен.
– Все, как и говорила мама - о семье он вспомнит только на старости лет, когда станет никому не нужен.

– Мне от тебя ничего не надо, Хелен. Наоборот, думал, может, чем-нибудь смогу помочь.

– Поздновато спохватился! Мне от тебя тоже ничего не надо. Все, выметайся, пока я не вызвала полицию.

– Уверена?

Я бросил взгляд на Брэндона. Тот опустил глаза.

– Более чем, - жестко отозвалась Хелен.
– К тому же, мы оба прекрасно знаем, что ты только создаешь проблемы, но уж никак не решаешь их.

Я помнил этот взгляд у Лоры. Дочь вся пошла в мать. Спорить бесполезно.

– Я остановился в гостинице возле аэропорта, - сказал я, отступая в коридор.
– «Две сосны». Номер 512. Это на случай, если захочешь найти меня. Все свои контакты в Сети я обновил пару лет назад. В очередной раз. Так что... твоих сообщений я не получал.

– Это уже неважно, - упрямо качнула головой она.
– Не приходи сюда больше.

Створки дверей с хлопком съехались прямо перед моим носом.

Я шумно выдохнул и пару раз стукнулся лбом о прохладный пластик.

Ну, а на что ты рассчитывал, Шарп? Что тебя встретят с распростертыми?

Я достал из внутреннего кармана плоскую фляжку и сделал изрядный глоток. Куда дальше? Время позднее, чужой город...

Впрочем, для меня любой город - чужой. Разницы никакой. Разве что в кабаках Нью-Йорка у барменов частенько знакомые физиономии.

Я через НКИ посмотрел план города. Ближайшая стоянка кибертакси - в подземном этаже этого здания. Вроде бы и два свободных авто как раз имеется.

Вернусь в гостиницу, завалюсь спать. А там... Утро вечера мудренее.

На подземной парковке было безлюдно и практически темно. НКИ услужливо подсветил бледно-зелеными контурами колонны и припаркованные машины. Судя по плану, мне нужно было пройти направо, потом повернуть и отыскать места В14 и В17.

Было тихо. Щелканье моих каблуков по бетонном полу разносилось далеко, отдавалось эхом, как в пещере. Окрик, раздавшийся позади, тоже прозвучал гулко, будто в старинный рупор.

– Эй, папаша!

Несколько темных силуэтов. Один - на полголовы выше остальных. Судя по голосу - тот самый верзила из кафе.

Да чтоб тебя! Вот ведь угораздило меня связаться с этими сопляками!

Я прибавил шагу, но впереди, в конце ряда припаркованных машин, увидел еще целую толпу. Человек шесть-восемь, не меньше. У двоих в руках, кажется, биты. Куда ж без них. Популярность бейсбола за последние годы упала в разы, но объемы продаж этого инвентаря по-прежнему стабильны.

Рука привычно потянулась к кобуре.

Ч-чёрт, я же без оружия!

Снова оглянулся назад. Долговязый неторопливо приближался, с ним полдюжины дружков.

Я протиснулся между двумя здоровенными фургонами, выбираясь в другой ряд. На ходу изучал высвеченный НКИ план парковки. Путь к лифтам мне отрезали, значит, надо прорываться к одному из выездов.

Гулкое пространство парковки наполнилось издевательскими выкриками и топотом множества ног. Сколько же здесь этой шпаны? Человек двадцать собралось, не меньше. Потихоньку окружают.