— Дамблдор? Я знаю только двух волшебников с такой фамилией… Она родственница покойного директора Хогвартса?

— Да, конечно, — подтвердил очевидный факт Олливандер, — она его племянница — дочь Аберфорта.

От нетерпения узнать больше о загадочной волшебнице, о существовании которой она и не подозревала, Луна заерзала на месте, а старик издал странный кашляющий звук: он, кажется, усмехнулся ее любознательности.

— Расскажите о ней, прошу вас.

Мастер волшебных палочек тяжело вздохнул.

— Это трагичная история, мисс Лавгуд, — поникшим голосом произнес он, — кажется, Моргана не слишком долго пользовалась своей волшебной палочкой. Никто не знает, что с ней случилось, ходят слухи, что Моргана подверглась нападению кентавров, иные языки говорят, что она отравилась неправильно сваренным Феликсом Фелицисом, третьи молвят, что просто сгинула с лица земли, — Олливандеру нравилось, что его слушают, тем более, он уже очень давно ни с кем не разговаривал, и, хотя от длинной истории он очень устал, всё равно продолжал говорить: — Я думаю, что именно эта палочка могла попасть к вашей матери и выбрать её; раз она действительно была изобретательницей — это кажется вполне логичным. Но дуэль… иногда бывает, что волшебные палочки приживаются в руках волшебника по собственной воле.

Луна не могла согласиться с мнением о дуэли, сведений было катастрофически мало. Мама не успела поведать историю своей волшебной палочки, а отец этого не знал.

— Есть множество доказательств тому, что хозяева тех палочек, что передаются из рук в руки или каким-то другим путем, имеют что-то общее. Прошу прощения, но смею заметить…

— Что моя мать так же погибла из-за неудачного эксперимента. — Луне и в голову не пришло, что и её может ожидать подобная участь. — Это очень интересно, мистер Олливандер, ваша теория вполне применима к моей палочке, хотя, конечно, в это с трудом верится, ведь точно неизвестно, что стало с этой палочкой после гибели Морганы Дамблдор…

Еще очень долго они обсуждали историю волшебной палочки племянницы Альбуса Дамблдора, и еще несколько недель они вместе проведут в темной камере не в состоянии разглядеть лиц друг друга. Луна узнает много интересных историй и расскажет о своей жизни, но только когда её выведут из их кельи на свет факела, Олливандер вне сомнения узнает её и вспомнит волшебную палочку из ольхи с пером из крыла авгура, которая была полным антиподом жизнерадостной волшебницы, купившей её в тысяча девятьсот сорок четвертом году…

*

коллаж:

http://s09.radikal.ru/i182/1008/94/eb9323d7ec98.jpg

Гамма-помощница: Aleeya

группа вконтакте: http://vkontakte.ru/club14591519

Merry dancers, aurora — северное сияние.

====== Джина ======

Он предчувствовал, что это скоро произойдет, более того — он был почти уверен, что событие, которое навсегда изменит жизнь Луны Лавгуд, должно случиться именно сегодня ночью.

Можно ли изменить то, что предначертано судьбой? Если и да, то он не имел на это никакого права: Дамблдор дал ему точные указания оставить всё, как есть, но это «всё, как есть» означало его прямое участие во временной петле. Северус узнал об этом увлекательном и, в то же время, трагичном путешествии во времени всего несколько лет назад, когда наткнулся на фото тысяча девятьсот сорок пятого года в альбоме выпусков Хогвартса и увидел подозрительно знакомое лицо. Конечно же, за ответами он пошел к всезнающему директору. Альбус Дамблдор с улыбкой, которая неизменно возникала на его лице, когда дело касалось чего-то серьёзного, подтвердил Снейпу, что все его подозрения — правда. Луна Лавгуд на старой пожелтевшей фотографии выглядела определенно старше, чем на момент посвящения Северуса в тайну, но гораздо больше его поразило другое…

Весь выпуск того года… из всех улыбающихся студентов разных факультетов, машущих свитками дипломов, она стояла именно между этими двумя слизеринцами; два молодых человека были буквально притянуты к ней... насильно. Луна держала обоих под локти, подвигая к себе. Её улыбка сияла во все тридцать два зуба; Абрахас Малфой ухмылялся, казалось, что он не выдержит и вот-вот засмеется, а молодой Том Риддл явно был недоволен и пытался вырваться из её захвата. Действие на старой фотографии повторялось снова и снова, а Северус заворожено наблюдал за счастливым лицом Луны Лавгуд, которая просто не могла находиться в том времени…

Невыразимцы из Отдела Тайн всеми силами старались избегать подобных прецедентов. Лишь некоторым магам давалась возможность путешествия во времени при помощи хроноворота всего на три-четыре часа назад, и не ради изменения какого-либо события, а чтобы наверстать упущенное. Помнится, одной из обладательниц таких «игрушек» стала Гермиона Грейнджер — вечно надоедливая всезнайка из Гриффиндора, использовавшая хроноворот для посещения дополнительных занятий.

Можно ли назвать путешествие в прошлое и жизнь там нарушением закона, написанного невыразимцами? А если то, что произошло, вернее, произойдет сегодня — и есть судьба, в которую не стоит вмешиваться? Альбус не сразу рассказал, что произошло в далеких сороковых, более того, он категорически запретил разыскивать любые упоминания о Луне вроде газетных вырезок или рассказов очевидцев, которые, как впоследствии оказалось, были совсем близко. По его приказу молчала МакГонагалл, учившаяся с Луной на одном курсе, и Слагхорн, преподававший у неё в то время. Снейп попытался использовать леглименцию, и Гораций стал его избегать. Лишь незадолго до своей гибели, когда Северус получил важное задание от Волдеморта, Дамблдор решился на разглашение истории.

Снейп с пеной у рта доказывал, что зелье времени, отправляющее более чем на сутки назад, которое потребовал от него Тёмный Лорд, сварить невозможно, и никому этого не удавалось, однако Дамблдор мог практически с точностью назвать дату, когда Северусу улыбнется эта сомнительная удача. А в изобретении, как оказалось, не хватало всего одного ингредиента, от количества которого и зависело время отправления…

Итак, история Луны Лавгуд начнется именно сегодня. Северусу казалось, что он готов ко всему после лицезрения странной троицы на фотографии выпуска сорок пятого. Всё это казалось выдумкой талантливого автора. Дамблдор говорил, что она так и не смогла растерять своей доброты и человеколюбия — всегда была лучом света в тёмном царстве. Перед Северусом открылся невероятный парадокс времени. Петля, в которую попадет Луна, так или иначе должна будет случиться…