– Мы сможем, мы переживем это!
– задыхается он.

Я не могу на него смотреть, потому что я знаю, что я бы увидела.

– Вот только, Гарри, я не хочу пережить. Я хочу жить.

Мои слова цепляют нечто в нем, и он перестает ходить, останавливается, и дергает себя за волосы.

– Я не могу просто позволить тебе уйти. Ты знаешь это. Я всегда возвращаюсь к тебе ты должна была знать, что я сделал бы все. Я бы вернулся из Лондона, в конце концов, и мы…

– Я не могу тратить свою жизнь на то, чтобы ждать, когда ты вернешься ко мне, и было бы эгоистично с моей стороны хотеть от тебя тратить твое время на меня, на нас.
– Но я опять запуталась. Я в замешательстве, потому что я не припоминаю эти мысли; все мои мысли всегда были направлены в сторону Гарриа и того, что я могла сделать, чтобы сделать его лучше, заставить его остаться. Я не знаю, откуда эти мысли и слова, но я не могу игнорировать чувство, которое я чувствую, когда я говорю их.

– Я не могу без тебя, -говорит он – еще одно чувство, о котором он говорил миллион раз, но я понимаю, что он опять делает все от него зависящее, чтобы удержать меня.

– Ты сможешь. Ты будешь счастливее и менее противоречивым. Было бы проще, если бы ты сам так думал, -я сказала то, что хотела.

Он будет счастливее без меня, без наших постоянных ссор. Он может сосредоточиться на себе и своей злости, на обоих своих отцах, и в один прекрасный день он сможет быть счастлив. Я люблю его достаточно, чтобы хотеть его счастья, даже если оно будет не со мной. Он сжимает кулаки и подносит ко лбу, сжимает зубы.

– Нет!

Я люблю его, я всегда буду любить этого человека, но я устала. Я не могу продолжать быть топливом для его огня, когда он постоянно возвращается с ведром воды, чтобы потушить его.

– Мы так упорно сражались, но я думаю, что пора остановиться.

– Нет! Нет!
– Его глаза бегают по комнате, и я знаю, что он собирается делать до того, как он это делает. Вот почему я не удивилась, когда маленький светильник отправляется в полет через всю комнату и осколки отлетают от стены. Я не двигаюсь. Я даже не моргаю. Это все слишком знакомо, и поэтому я делаю то, что я делаю.

Я не могу его утешить, я не могу. Я даже не могу успокоить себя, и я не доверяю себе достаточно, чтобы обнять его за плечи и шептать обещания ему в ухо.

– Ты этого хотел, помнишь? Вернуться к этому, Гарри. Просто вспомни, почему ты не хотел меня. Вспомни, почему ты отправил меня обратно в Америку одну.

– Я не могу без тебя; ты мне нужна в моей жизни. Ты нужна мне в моей жизни. Ты. Нужна. Мне. В. Моей. Жизни, -кричит он.

– Я все еще могу быть в твоей жизни. Просто не такой.

– Ты серьезно предлагаешь быть друзьями?-ядовито плюется он. Зелень его глаз почти исчезла, сменившись чернотой, как его гнев. Прежде чем я могу ответить, он продолжает, мы не можем продолжать быть друзьями после всего. Я никогда не смогу быть в одной комнате с тобой и не быть с тобой в то же время. Ты -все для меня, и ты собираешься оскорбить меня, предлагая быть друзьями? Ты не имеешь в виду это. Ты любишь меня, Тесса.
– Он смотрит в мои глаза.
– Ты должна. Ты меня любишь?

Пустота начинает уходить, и я отчаянно борюсь, чтоб удержать ее. Если я начну чувствовать, это потянет меня вниз.

– Да, -я дышу.

Он снова становится на колени передо мной.

– Я люблю тебя, Гарри, но мы не можем продолжать делать это друг с другом.

Я не хочу драться с ним, и я не хочу причинять ему боль, но груз всего этого лежит на его плечах. Я отдала бы ему все. Черт, я давала ему все, и он не хотел этого. Когда были трудные времена, он не любил меня достаточно, чтобы бороться со своими демонами ради меня. Он сдавался, каждый раз.

– Как я буду жить без тебя?
– плачет он сейчас, прямо перед моим лицом, и я быстро закрываю глаза, не давая течь слезам, и проглатываю тяжелый комок вины в горле.

– Я не могу. Я не буду. Ты не можешь просто выбросить это подальше, потому что ты проходишь через какое-то дерьмо. Позволь мне быть здесь с тобой, не отталкивай меня.

Еще раз, мой разум отрывается от моего тела, и я смеюсь. Это не радостный, а печальный смех и сломанный от иронии того, что он сказал. Он просит меня о том, о чем я просила у него, и он даже не осознает этого.

– Я просила тебя о том же, когда встретила тебя, -мягко напоминаю ему. Я люблю его и не хочу делать ему больно, но я должна разомкнуть этот круг раз и навсегда.

– Я знаю.
– Его голова падает на мои колени, и его тело сотрясается напротив меня. Прости! Прости!

Он в истерике. Я не хочу ощущать это, я не хочу чувствовать его рыдания у меня на коленях, после того, как он пообещал и предлагал вещи, которые я ждала, кажется, вечность, чтобы услышать.

Я мельком вижу движение у двери, и я киваю Ною, давая понять, что я в порядке.

Я не в порядке, и в отличие от вчерашнего дня, я не чувствую необходимости быть в порядке. Глаза Ноа осматривают разбитую лампу, и он выглядит обеспокоенным, но я киваю снова, молча умоляя его оставить нас, оставить меня хотя бы на минуту. Это последний момент, чтобы чувствовать Гарри рядом с собой, чувствовать его голову у меня на коленях, чтобы запомнить черные завитки чернил на его руках.