— Ну, тогда прекрасно, — фыркнула я, поднимая взгляд на небо.

Солнце почти на середине - полдень близко. А еще я знаю одно прекрасное местечко, чтобы незаметно уйти с миром.

— Думаю, пора.

— Что, прямо здесь?!

Я фыркнула.

— Нет, конечно, — я повернулась к нему, — а ты присутствовать хочешь?

— Я не хочу, — ухмыльнулся он в ответ, — я обязан.

Я закатила глаза.

— Это же так интересно, черт возьми!

Гриммджоу ухмыльнулся. Было в этом что-то заговорщицкое... настроенное против меня... и я едва успела остановить его, когда наши лица были уже в десяти сантиметрах друг от друга.

— Ну-у-у, — обиженно протянул он, — ну на прощание...

Я рассмеялась, исчезая в сонидо.

— Ты сам сказал, что я вернусь! Вот тогда и получишь! — в ответ позади раздалось что-то невнятное, а потом он обиженно последовал за мной.

Вот мы и на месте.

Я вывела нас из леса (хотя сначала мы, как два барана, ходили кругами, пока до меня дошло, что на одном повороте надо повернуть налево, а не направо) к небольшому, но живописному обрыву. Обломок скалы выступал над зеленым лесом, которой был далеко-далеко внизу, а впереди был отличный вид почти на весь Сейрейтей. Мне это место напоминает картины встреч Аои из сознания, поэтому, скорее, всего меня сюда и притянуло.

Я подошла ближе к обрыву. Гриммджоу поравнялся со мной.

— Здесь?

— Думаю, да.

Сделав еще пару шагов вперед, я взглянула на небо. Солнце почти на середине. Левую с Отсчетом начинало неприятно покалывать, и я неосознанно потянулась к источнику боли. Я повернулась к эспадовцу.

— Ты...

— Нет, — он мрачно покачал головой, отходя назад, — я буду держаться поближе к чаще.

Я кивнула и направилась вперед, остановившись чуть ли не на самом краю.

Внизу располагался густой зеленый лес с редкими полянками, а чуть дальше уже простилались границы Сейрейтея с ярко выделяющейся горой Суриоку. Башня бараков Первого отряда величественно возвышалась в чистом голубом небе над всеми остальными. Иногда в сероватых кварталах мелькали черные точки - синигами мелькали по своим делам. Ветер здесь теребил мои волосы и форму.

От осознания высоты у меня немного закружилась голова, хотя, я сомневаюсь, что высота тут причем. Отсчет снова закололо. Я обернулась. Гриммджоу стоял, облокотившись на самое первое дерево, скрестив руки на широкой груди и не сводя с меня напряженного взгляда. Я снова взглянула на небо. Солнце почти в зените. Еще пара минут, не более, и... Отсчет зашипел. Опустив взгляд вниз, я увидела, что моя левая рука снова исчезла. Я чувствую ее, но не вижу.

Ну, начинается...

— Что ты здесь делаешь?

Я резко обернулась, рефлекторно спрятав исчезнувшую руку за спину. От Гриммджоу и след простыл - я заметила, как мелькнула среди деревьев его белоснежная форма. Но он здесь.

А передо мной, окидывая меня хмурым взглядом, стоял капитан Кучики. На нем опять не было капитанского хаори. Ветер развивал в разные стороны его серебристый шарфик и длинные черные волосы. Он хмуро покосился на меня.

— Я повторю: что ты здесь делаешь?

Я раскрыла рот. Не для того, чтобы что-то сказать, а от удивления. Как он нашел меня?!

— Не тебе мне рассказывать о такой вещи, как реацу, — заметил он, глядя на мое напрочь сбитое с толку выражение лица.

Отсчет снова ударил мне в голову, и я едва заставила себя не пошатнуться. Ни секунды не теряя равновесия, Бьякуя спокойно подошел ко мне. Вот черт... Было бы странно, если бы все закончилось тихо и без шумихи. Солнце пекло в голову нестерпимо. Я подняла голову вверх.

Полдень. Капитан Кучики нахмурился, глядя на мое обреченное выражение лица. Этого было достаточно, чтобы понять, что что-то явно происходит. Он нахмурился.

– Что здесь происходит?

Отсчет ударил с такой силой, что я едва нашла в себе силы вымученно улыбнуться. Бьякуе это явно не понравилось. Я печально посмотрела на него.

— Прости.

— За что?

— За это... — улыбнувшись еще шире, выдохнула я.

Разрушение началось. Голову словно пронзили электрическим разрядом. Я пошатнулась. Ошеломленный капитан Кучики подхватил меня прежде, чем я коснулась земли или слетела вниз.

— Какого...

Но он замолк прежде, чем успел договорить. Его внимание привлек Отсчет, появившийся и искрящийся на моей левой руке. На полупрозрачном тонком кольце почти ничего не осталось. Лицо Бьякуи разом побледнело. Он все понял. А так же, наверняка, понял мое странное и подозрительное вчерашнее поведение.

— Ты...

Мне было невыносимо терпеть бущующую боль и чувствовать приближение знакомого тумана в голове, но еще невыносимее мне было смотреть на него. На того, чье выражение лица разом мне напомнило мне смерть Хисаны. Перед глазами уже начало все карикатурно расплываться: небо слилось с землей в одну единую субстанцию, и я шумно выдохнула. Отсчет засиял. Постепенно приходило состояние вселенского покоя... но я не прощу себе погибнуть у него на руках.

Призвав последние силы, я вырвалась и, став на одну руку, минуя выступающий на обрывом осколок скалы, полетела вниз. Едва я оказалась в свободном падении, вся боль утихла. И, не ожидав, следующего порыва, я выгнулась дугой, когда Отсчет на моей левой руке разлетелся в осколки, а потом и в пыль.