Ну, раз допрос, так допрос. Я эффекто развела руки в противопожные стороны. От ребят не исходило ни единого звука, хотя они, скорее всего понимали, чем я рискую.

— Не смей! — а это был уже Гриммджоу.

Я резко взмахнула руками. Звон Хрусталя ответил на призыв.

— Бег Времени... — сказано это было так тихо, что я почти не услышала саму себя.

Арранкар заметался, но не успел - Бег Времени превратился в их прозрачную тюрьму. Я медленно опустила руки. Мир уже начал благополучно расплываться перед моими глазами.

— А вот и источник информации пришел к нам в руки... — мне кажется, или мой голос и вправду такой хриплый?! Тогда плохо дело...

Гриммджоу коротко выругался.

Одной из особенностей Звона Хрусталя является то, что сфера не исчезнет некоторое время после того, как я потеряю сознание. А, значит, времени для допроса у них будет предостаточно.

Мир перед глазами окончательно превратился в расплывчатое серое пятно. Черное небо и серая земля соединились в одну единую субстанцию, и я почувствовала, что падаю. Легкая боль на левом боку свидетельствовала о том, что Звон Хрусталя вернулся на свое место. Я ощутила легкое движение за моей спиной. Прежде, чем мое тело коснулось земли, кто-то (наверняка Гриммджоу) подхватил меня. Переливающееся серое пятно превратилось в сплошное черное.

И последнее, что я услышала, был неумолимый хруст моего Отсчета.

Гриммджоу, будучи на самом близком расстоянии от Миоко, легко подхватил её прежде, чем она коснулась серебристого песка. Он оглянулся - неизменная техника оставалась на месте. Взяв девушку на руки, он отпрыгнул от тучи поднимающегося песка.

— Миоко! — крикнул кто-то из ребят.

Как теперь ни крути, а их доверие к ней сильно пошатнулось. Пыль осела. Кто-то изумленно крякнул. Гриммджоу, на руках с Миоко и напускной задумчивостью, лениво обернулся. Она была бледной, как мел. Длинные волосы падали ей на лицо, а левая рука безвольно свисала вниз. Пока ничего не происходило, но...

Послышался хруст. Все взгляды упали на Отсчет на левой руке девушки. Миоко дернулась. Теперь там остался (кроме не относящегося к Отсчету самого кольца) едва целый центральный ромб и потрепанный меньший слева. Правый вообще отсутствовал. Гриммджоу нахмурился.

"И какого черта она рискует собственной жизнью ради этих..."

— Как мило, — нахмурившись, холодно заметил капитан Кучики.

— Кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? — более-менее спокойно спросил Исида, поправляя очки.

— Что именно? м осведомился Гриммджоу, так и не сумев сдержать свою фирменную ухмылку.

— Все.

— Ну, — Секста Эспада кивнул на Примеру, — первое: она умирает, — говорил он тоном, каким вдалбывают что-то наглому провинившемуся школьнику.

— Прямо сейчас?! — Ренджи и Рукия испуганно переглянулись.

— Нет. Вообще. Медленно и болезненно, — Гриммджоу снова кивнул на мерцающий Отсчет.

— У тебя двадцать секунд, чтобы объяснить происходящее, — прошипел разъяренный Куросаки, перебивая уже налаживающийся почти товарищеский диалог и ставя Зампакто на изготовку.

— А то что? — ухмыльнувшись во все свои тридцать два, Гриммджоу перевел презрительный взгляд на Ичиго.

— Сам и узнаешь, — тот сильнее сжал и меч, и зубы.

Только самодовольно усмехнувшись на подобную угрозу, Гриммджоу аккуратно и без резких движений положил Миоко на землю. Её длинные русые волосы рассыпались по песку. Болезненная бледность слегка отступила. Все напряглись. Капитан Кучики медленно потянулся к своему Зампакто. Нахмурившись, Чад сделал шаг вперед. Но довольный Гриммджоу обращался только к Куросаки:

— Ну, давай.

Исида напрягся:

— А можно...

— Нет, нельзя!
– в бешенстве резко перебил его Ичиго. м Ты же знаешь, что этот...

— Ну-ну.

Гриммджоу даже и не думал спорить и оправдывать настоящее положение дел. Он стал в свою фирменную позу "плохого парня". В его глазах снова появилась ярая усмешка, но легкое колыхание реацу заставило его обернуться.

Примера все так же не двигалась, однако, её бледность спала и уступила место здоровому - насколько это возможно в её положении, - румянцу. Левая рука с Отсчетом слегка дернулась. "Эх, не даст она мне нормально повеселиться..." — Гриммджоу отвернулся обратно.

— В чем дело, арранкар? — Куросаки злорадно улыбнулся. — Интересно, за кого же ты теперь боишься больше: за себя или за..? — но он не успел закончить.

— Сейчас я больше боюсь за тебя, — спокойный, мягкий и одновременно уверенный голос из-за спины заставил Гриммджоу широко улыбнуться и обернуться.

Глава XXIII. "Охота началась"

Я еще лежала на песке. Первое, что мне попалось на глаза, была маска Пустого на лице у Гриммджоу. Странно, но все же. И чего мне только стоило придать голосу такой нормальный оттенок...