— Как же я хочу переименовать твоего наглого кота, — не в тему проворчал Бельфегор, которого мой черный пушистый любимец просто обожал, но как только Его Высочество пыталось меня обнять, выпускал когти и норовил это самое Высочество расцарапать. Ревность — страшное чувство! Впрочем, она была взаимна, а Бэл еще и говорил, что одного «Принца» мне должно быть достаточно и «этому беспардонному зверю с манией величия, постоянно лезущему Принцессе на руки, даже когда ее обнимает ее жених» надо дать другое имя. Ага, разбежался! Я когда кота «Принцем» называю, сразу двуногого монарха вспоминаю…

— Нельзя, Бэл, нельзя, — хитро протянула я. — Не вгоняй кошака в когнитивный диссонанс, не создавай ему раздвоение личности! И вообще, вы же ладите! Вспомни, как балдежно он урчит, развалившись у тебя на коленях, когда ты сидишь в кресле с книгой и гладишь его? Вспомни, как ты сам довольно от этого улыбаешься!

— Два Принца — это перебор! — фыркнул мой эгоцентричный монарх.

— Ну… — я призадумалась и всё же решила вскрыть карты, а потому прошептала Бельфегору прямо в ухо: — Знаешь, ты мой Принц, а он Кошачий Принц, и когда я его так называю, вспоминаю твою улыбку. Так что не злись. Тебе не идет. Улыбка тебе больше к лицу.

Бэл призадумался, сосредоточенно хмурясь, вздохнул, поморщился, а затем вновь призадумался. Да уж, не хотела кота в диссонанс ввергать — ввергла жениха. В голове Принца явно шел активный мыслительный процесс, а в душе — борьба с самим собой, мне же вспомнился интернет-прикол про него, сиятельного, цитирую: «Бэл подумал. Ему понравилось, и он подумал еще раз». Нет, это я не ехидничаю (ну почти), я просто описываю ситуацию!

— Ладно, пусть будет Кошачьим Принцем! — наконец изрек мой Царь (не путать с Королем Ада и Иваном Грозным) и усмехнулся. — Но на ночь мы это наглое животное из комнаты будем выгонять! Равно как и в моменты, когда я захочу тебя обнять, потому что мне надоело уворачиваться от бритв, которые ему когти заменяют, всякий раз, как пытаюсь тебя обнять! И ведь со стилетами его не познакомить…

— Фу! Даже не говори такого! — возмутилась я и пихнула Принца в полосатое плечо.

— Ши-ши-ши, ладно, говорить не буду, — многообещающе изрек Бэл, но в багровых омутах промелькнуло ехидство, и я поняла, что он просто шутит и ничего нашему коту не сделает.

— Бяка, — улыбнулась я и, обняв Бельфегора, положила подбородок ему на плечо. — Вы ведь с ним отлично ладите, за исключением моментов, когда я подхожу к одному из вас на расстояние прикосновения!

— Это мужская дружба, подкрепленная ревностью и соперничеством за внимание дамы! — блеснул своей иррациональной и явно вечно поддатой логикой монарх, и я рассмеялась, заявив:

— Что за зоофилия, Бельфегор? В чем ты меня обвиняешь? К кому ревнуешь?

— Не тебя, а твое внимание, — как-то очень тихо и чуть грустно ответил Бэл, но тут же ехидно усмехнулся и повелел: — Всё, идем искать кота, коня, Лягушку, Акулу и прочую живность!

— Идем, — хмыкнула я, подумав, что это даже лестно, когда человека сравнивают с животным, ведь звери куда добрее, мудрее, и честнее существ, совсем не величественно именующихся «Homo sapiens».

Принц встал и потянул меня за руку к двери. Но стоило лишь нам выйти в обитый деревянными панелями коридор, как слева от нас, в комнате неподалеку, раздался громогласный вопль:

— Вроой! Какой отброс ковырялся в моих бумагах и забрал папку с делами Хранителей Вонголы?! Я порежу его на сотню частей!!!

— Привыкай, — ухмыльнулся Принц, снимая невидимки и поправляя челку. — Рабочая обстановка.

— Уже привычная, — фыркнула я, а из комнаты справа от нашей показался тринадцатилетний мальчонка, из-за чрезмерной худобы казавшийся младше своего возраста, со светло-русыми волосами, апатичным выражением лица и шапкой-лягушкой на голове.

— Неужели вернулся патлатый капитан? — протянул парень, узрел зашишишикавшего Принца, замахал на него руками, словно пытался отогнать, и с пофигистичной моськой завопил: — Кыш, кыш, приведение! Зомби! Не ешь меня, я невкусный! Хотя ты и при жизни из меня кровь пить любил, мне не привыкать… Но не подходи, восставший из Ада, от трупов плохо пахнет!

— Держись, Бэл, — хмыкнула я и поняла, что Принц борется с собой всеми силами, потому как он сжал кулаки и одарил парнишу лыбой, ясно говорившей об всем, что он хотел с ним сделать. Но «урок» Графа, а точнее, чаепитие с этим извращенцем явно пошло нам обоим на пользу, потому как Его Высочество шумно выдохнуло и всё же сумело взять себя в руки.

— О да, — кивнул Принц мне в ответ и обратился к парнишке: — Слушай сюда, земноводное! С этого дня можешь не носить шапку. Но твои шуточки…

Закончить Бэлу не дали: из комнаты слева, через три двери от нас, выскочил Суперби и с воплем: «Врой!» — понесся к лестнице, располагавшейся несколько правее наших комнат. Затормозив рядом с нами, он скомандовал мне:

— Поступаешь в мое распоряжение — будешь секретарем Варии. И если у меня пропадет еще хоть одна бумага… Впрочем, с тобой не пропадет. Остальные документы восстановили, а этот — нет! Бездельники!

— Ай, помогите! Еще один зомби! — заверещал Фран и замахал руками еще усерднее. — У этого даже части тела отваливаться начали — вон, руки нет…