— И я, — улыбнулся фокусник, прижав меня к себе левой рукой, а правой начиная осторожно перебирать мои локоны. — И я уверен, они тоже рады. Чтобы это понять не надо даже гипер-интуицией обладать.

— Угу, — закосила я под Мукуро. Нет, не под того, который «Рокудо» ака Фея, а под его же собственного филина. Тьфу, мыслями об иллюзионисте еще больше себе настроение испортила…

— Не переживай, Принц-Нахал хоть и эгоист, всё же всегда добивается поставленных целей, а он явно поставил себе целью сделать счастливой твою сестру, — успокоил меня мой нейролептик. — Вспомни его задание: он поставил счастье Лены выше своего собственного. А Ёже-Вождь вообще по заданию должен был чуть ли не семью создать, а точнее, найти того, с кем сможет быть на равных, кто примет его и будет принят им.

— Откуда знаешь? — озадачилась я, удивленно посмотрев на парня. Катюха мне таких подробностей не рассказывала…

— Джессо подслушал их с помощью «жучков» и недавно поделился со мной. Хотел, чтобы я передал тебе и успокоил, — признался Фран.

— Фу на вас, интриганы! — хмыкнула я. — Вечно этот Зефирный король интриг втемную играет!

— Хотя сам светлый, — глубокомысленно изрек мой жених, явно намекая не только на белый мундир, но и на чистую душу несостоявшегося лидера Мельфиоре и заговора с целью уничтожить мир.

— Это да, — кивнула я. — Знаешь, Фран, это здорово — находить свет в своей душе и очищать ее им. Джессо удалось.

— Нам тоже, — улыбнулся парень и, заглянув мне в глаза, прошептал: — Потому что ты мой свет, Маша. Я живу для тебя.

Повисла тишина. Я вспоминала давний диалог и улыбалась парню, чувствуя, что из глаз вдруг побежали слезы. Слезы радости. Кто же знал, что когда я говорила Франу о том, что он найдет свой свет, что сумеет его поймать, и что найдется тот, для кого он будет жить, я, фактически, говорила о себе?.. Судьба и впрямь странная штука… В глазах иллюзиониста промелькнула растерянность, а я поймала его руку, поцеловала бледное тонкое запястье и, не отрывая взгляд от зеленых мудрых омутов, тихо сказала:

— Я твой свет, а ты — мой. И я живу для тебя. С того самого дня, как поняла, что люблю тебя больше жизни, Фран.

На губах парня заиграла счастливая улыбка. Его мечта сбылась. Он поймал свой свет, нашел свое счастье, равно как и я. Фран вдруг сунул руку в карман штанов и извлек оттуда маленькую металлическую брошку-стрекозу с серебристым брюшком и зеленоватыми крылышками. Протянув ее мне, он, не скрывая улыбки, сказал:

— Помнишь, Принц-Балбес говорил, что женщинам обязательно надо комплименты говорить? Помнишь, учитель-жадина заявлял, что им нужны подарки? А помнишь, я ответил, что на самом деле нужны лишь чувства?

— Ты не это ответил, — усмехнулась я. Фран ехидно хмыкнул, но продолжил:

— Смысл был тот. Потому что когда любишь, можно поймать маленькую стрекозу и подарить ее, сказав: «Люблю». Большего будет не нужно. Ведь так?

— Так, — улыбнулась я.

— Тогда… — Фран поднес стрекозу к моей ладони и тихо сказал, впервые обратившись ко мне на французском языке: — Je t’aime, Маша.

— Фран… — на большее меня не хватило. Сердце затопила любовь, нежность и безумное желание обнять иллюзиониста и больше никогда не отпускать. Он сказал: «Я люблю тебя», — на своем родном языке! И это дорогого стоило… Я взяла из его рук стрекозу и, глядя в глаза парню, прошептала: — Je t’aime, Франческо…

Парень широко и открыто улыбнулся, а в следующий миг сгреб меня в охапку и прошептал:

— Поймал… Я тебя поймал…

Сердце пропустило пару ударов, а слезы припустили еще сильнее. Слезы, которые я раньше прятала, считая слабостью. Но ведь с этим безумно сильным, но очень чистым, светлым, мудрым человеком я могу позволить себе немного побыть слабой. Лишь немного. Ведь он всегда меня поймет… Хотелось смеяться и плакать одновременно, а в душе бурлил восторг и какое-то странное, давно забытое, по-детски наивное счастье. Ведь я поняла, что он говорит о том самом диалоге. Я тогда сказала, что свой свет он когда-нибудь обязательно поймает, и вот сейчас, видимо, он впервые понял, что и впрямь это сделал…

Я обняла иллюзиониста в ответ и тихо сказала:

— Поймал. А я поймала тебя. И никогда не отпущу.

— Я и не уйду, — шепнул Фран и, чмокнув меня в щеку, улегся справа от меня, а затем заявил: — Стрекоза — мой новогодний подарок. Преждевременно, ну и ладно. Я ее купил на деньги, заработанные не на ферме. Недавно наткнулся на статью о том, что в городе пройдет чемпионат по шахматам, и решил поучаствовать. Он прошел пару дней назад, а я выиграл. Вот результат.

— Спасибо… — офигело прошептала я и прижалась к груди фокусника, крепко его обнимая и осторожно сжимая в ладони брошку-стрекозу.

— Не за что, — улыбнулся парень. — Должен же я был порадовать свою невесту? И поймать свой свет.

— Ты меня давно поймал, — фыркнула я, чуть отстранившись, и несильно стукнула парня кулаком по лбу. — А то это что, ловля на живца получилась?

— Ты совсем не разбираешься в рыбалке, — протянул Фран ехидно. — Эта стрекоза, скорее, нахлыстовая мушка-имитация, а раз ты на нее попалась, ты… голавль. Или язь. Или ты жерех?

— Фран, откуда такие познания в рыбалке? — офанарела я, начхав на то, что меня только что к трем видам рыб причислили.