Вера Яновна незаметно пробежала пальчиками по бедру Андрея Петровича, сидевшего рядом: "выручай".

– Дорогая Женечка! Игорь уже приглашен к нам в усадьбу, дал слово быть там. Надеемся, что и вы погостите... по возможности... вместе со своими девочками...
– бодро начал мужчина и осекся.

"А на кого оставит отца?"

– А нам пора, друзья. До полуночи обещали вернуться, - добавила Вера.
– Прекрасного вам вечера.

Она расцеловала Евгению. "Духи нужно поменять". Пожала руку Игорю. Тоже проделал и Андрей.

– До встречи, - сказал он, положил под свою тарелку деньги, и пара удалилась.

Как это бывает, когда двое старых друзей давно не виделись, им трудно начать откровенно говорить о пережитом и о планах на будущее. Тем более, если это мужчина и женщина, да и еще с непростым жизненным "пробегом". Нужно время, которого всегда нет, нет и дыхания для нового забега на длинную дистанцию.

Они поговорили немного об Италии, о том, чем занимались эти годы. Просто факты. И неизвестно, как долго длился бы вежливый разговор с бесполезным познавательным интересом, если бы Игорю не пришла от Веры Яновны SMS: "Хороша! Сдавайтесь в плен". Это послание отозвалось в душе его так, будто кто-то открыл заслонку и позволил волнам забытой запертой нежности вырваться наружу.

– 38 -

Утром следующего дня Женя, рассматривая в номере Игоря репродукцию Рериха осторожно рассуждала:

– Ты ведь хочешь снова рисовать? Молодец! Но... но как ты хочешь жить дальше один без женщины, без детей. Вот смотри, на картине женщина за руку тянет своего мужчину в гору! Я не о себе, я... вообще, - смущенно закончила она простую женскую истину.

– Есть женщины, которые могут столкнуть мужчину...
– неохотно возразил художник.

– Да, много стерв и истеричек, но много тихих, добрых...

– Я знаю, Женя, что ты - из этих вторых. Но... но как подать... предложить тебе мою руку... Тебе и так тяжело тащить в гору свою семью.

– Это слова слабости. Будет чувство, появится вера, откроется любая возможность.

– Пока сказать могу одно: чувство есть!
– искренне сказал Игорь.

– Вот и прекрасно!
– обрадованно сказала Женя.
– Мне нужно бежать домой. Я и так "проштрафилась".

– А я сегодня уеду в усадьбу на пару дней. Жаль, что ты не можешь со мной.

– Хочешь, я дам тебе мольберт, холсты, краски, кисти?... Ты возвратишься и вернешь.

– Пожалуй, да.

– Тогда подойди к 12:30 на улицу Кирочная, буквально рядом с метро "Чернышевская". Я работаю там в школе-студии, веду занятия по рисованию и дизайну. Созвонимся поточнее, как выйдешь из метро.

Евгения нежно поцеловала Игоря и ушла.

В 13:00 Андрей Петрович забрал его у метро и они отправились в усадьбу.

– Молодец, что взял мольберт. И вообще - мо?лодец, - сказал Андрей.

– Остановите здесь, - попросил Игорь.
– Я сейчас вернусь.

Он зашел в большой универсам и вернулся с пятью большими пакетами.

– Я ведь не просто хозяин кафе, я еще умею неплохо готовить, - похвастал художник.

Пани Мария встретила сицилийского гостя очень приветливо.

– Здравствуйте, Игорь, мы вам рады. Вижу: у вас с собой мольберт. В непогоду можно рисовать на балконе второго этажа, выход из библиотеки. Вера, Андрей, покажите гостю дом.

Мария Родиславновна стала спокойней, чувствовала благоприятные изменения в жизни: Верочка сообщила ей, что беременна, Иришка с Сергеем ежедневно ездили в Питер на встречи с Вадиком. Нашли толковых биофизика и нейрофизиолога. Работают успешно над сергеевым прибором. Верочка, наоборот, стала нервозной. Видимо, таков период беременности. Деев попросил подождать решения Ватикана и великого магистра по Укладке. Но на крайнее беспокойство Веры Яновны о судьбе усадьбы, спокойно рассмеялся:

– Что, ему, вашему мэру, место вокруг мало? И деньги даете приличные... Да... Ну раз он так... Я посодействую. Не волнуйтесь.

Вера догадывалась о возможностях Александра Владимировича, но попросила разъяснений и уточнений.

– Я вас не узнаю, Вера Яновна. Куда девалось ваше прелестное чувство независимости. Что за глупый страх. Да... Вы с Андреем Петровичем устали. Да... А схема "убеждения" вашего мэра обычная и простая: генпрокуратура в скором времени начнёт проводить тотальную проверку работы мэрии. Грешки, естественно, найдутся. А потом намёк по поводу государственного отношения лично мэра к планам МИДа относительно усадьбы... Пустяки. Кстати, коллеги из ГРУ и ФСБ установили, что ваш приятель Ричард с серьезными структурами на Западе не связан. Кое-какие связи у него есть, но, в принципе он - способный авантюрист, искатель-одиночка.

– Вроде меня и Андрея Петровича?
– глупо спросила женщина.

– Отнюдь. Ваш Дар и Дар Андрея Петровича - это тончайший и мощнейший инструмент и, если угодно, оружие, - Деев сделал паузу.
– Скажите, Вера, могу я рассчитывать на вашего друга в моей работе по некоторым направлениям?

– Например?

– Например, в апреле будущего года организуется по эгидой Ватикана и Юнеско международная конференция. Затронуты будут две основные темы: разрушение культуры неуправляемой глобализацией и вытеснение интернет-психологией духовных ценностей, нарастание морально-нравственной апатии. Андрей Петрович мог бы поучаствовать и в организации конференции, и подготовить кое-какие материалы. Да и выступить с докладом. Он сам мне говорил в усадьбе, что поддерживает точку зрения Николая Рериха о примате культуры в государственности. Говорил о духовной общности людей, стран, всего мира. Особенно ратовал за искоренение непонимания между христианами. Сейчас как раз укрепляются отношения Московского патриархата со Святым престолом.