Лицо её, совершенно обычное, показалось мне прекраснее самой изящной картины. И в тот момент я совершенно потерял голову.

Пистолет щёлкнул курком, и ствол уткнулся Гвале прямо в печень. До этого момента негр меня даже не замечал, но, ощутив холодный металл, остановился и замер. Девушка испуганно смотрела на меня, а я видел только её глаза и страх, что плескался в них.

— Капитан, — пробормотал Гвала, шлёпая толстыми губами.

Но я его не слышал. Я услышал только выстрел и всхлип девушки, когда тёмная кровь брызнула ей в лицо.

— Прошу прощения, миледи, — сказал я, снимая шляпу.

— Благодарю вас, — ответила она на чистом английском, но дрожать от страха не перестала.

— Не бойтесь, я не причиню вам вреда, — сказал я и попытался привести себя в порядок, но это было не так-то просто. Измазанное кровью и сажей лицо просто так не отмыть.

— Уходите, — сказала она, краснея и прижимая к себе простыню. Я только сейчас заметил, что она в одной ночной рубашке, которую Гвала успел порвать.

— Прощу прощения, — сказал я и отвернулся.

Из-за спины послышалось шуршание одежды, а затем лязг металла — клинка, извлекаемого из ножен. Я повернулся и схватил её за руку, в которой она держала занесённый над моей головой кинжал.

— Не стоит, миледи, — сказал я, мягко отводя её руку в сторону.

Она смотрела мне прямо в глаза, с вызовом, какого я уже давно не получал. И мне это нравилось.

— Как вас зовут? — спросил я, не выпуская её руки. — Забыл представиться, меня зовут капитан Эдвард Картер.

— Наслышана о вас, — презрительно поджав губу, ответила она. — Вы грязный пират, насильник и убийца.

— Разве юной леди подобает верить слухам? — спросил я и отпустил её руку, — Так всё же, как вас зовут?

— Леди Алисия Монтгомери, — сказала она, изо всех сил сжимая кинжал и создавая для себя иллюзию защищённости.

Известная британская фамилия. Но что эта девушка делает в усадьбе голландского губернатора?

— Приятно познакомиться, миледи, — я неуклюже поклонился. — Позвольте узнать, как вы здесь оказались? Наш благословенный король всё-таки воюет с голландцами.

— Ваше вероломное нападение поставило под угрозу мою дипломатическую миссию, — сказала она. — Губернатора вы, наверное, убили?

— Нет, он успел сбежать со всеми домочадцами. Похоже, не взяли только вас.

Алисия нахмурилась.

— Значит, дело плохо, — заключила она. — Вы отвезёте меня в Порт-Ройал. Сейчас же.

Я расхохотался. Такой наглости я не ожидал, хотя не понаслышке знал о манерах английской знати.

— В чём дело? — спросила она, едва не топнув ножкой от злости, отчего казалась ещё милее.

— На данный момент здесь приказываю я, — сказал я, сдерживая смех. — Вам следовало бы попросить, леди Алисия.

— Я не собираюсь просить какого-то оборванца о помощи, — ответила она.

Я снова расхохотался.

— В конце концов, я вас спас.

— Я бы и сама справилась! — взвизгнула она, наливаясь краской.

Я посмотрел на Гвалу, лежащего ничком в луже крови. Мертвец по комплекции превосходил как меня, так и миниатюрную Алисию, вместе взятых.

— Это вряд ли, миледи.

За окном слышались пьяные крики и грохот выстрелов. Кто-то на весь город орал о том, как именно и в каких позах совокуплялся с матушкой Вильгельма III Оранского, несмотря на то, что упомянутая матушка была ещё и сестрой нашего короля. Пираты добрались до выпивки.

— Сейчас вам лучше не покидать усадьбы, — сказал я, выглядывая из-за портьеры.

Ночной город, освещённый пламенем пожаров, был целиком во власти горстки негодяев и висельников.

— Я — подданная английской короны, — возразила леди Монтгомери.

— Боюсь, сейчас это ничего не значит. Они поймут, только когда протрезвеют.

— Где ваш корабль?

— В гавани, где же ещё, — ответил я.

— Значит, увидимся там, — высокомерно произнесла Алисия. — Пустите.

— Не могу, для вашей же безопасности, — я встал в дверях и сложил руки на груди.

— Каждый добрый англичанин обязан помогать мне в моей миссии! — воскликнула она. — У меня есть бумаги с печатью самого короля!

Я только хмыкнул и пожал плечами.

— Ну да, вы же всё равно не умеете читать, — произнесла она и принялась измерять шагами комнату.

— Barbarus hic ego sum, quia non intelligor illis, — процитировал я, с усмешкой глядя, как леди Монтгомери меняется в лице.

— Всё равно, вы — варвар, — сказала она.

Я снова пожал плечами.

— Ладно, — произнёс я, глядя ей прямо в лицо. — Я помогу вам добраться до Ямайки. Если вы поклянётесь больше не нападать на меня, это первое, и полностью слушаться моих команд, это второе. На корабле я — царь и Бог. Я ясно выражаюсь?