Почтенный Рогволд жил примерно в часе езды от нашего замка. Как и полагалось всякому уважающему себя магу, у него имелась немного покосившаяся башня с каморкой на самом верху. В детстве мне его пристанище казалось чуть ли не пещерой с древними сокровищами. Непонятные замысловатые штуковины, пыльные книги, потемневшие от времени свитки — над этим витала аура тайны, чудес и дальних стран. Уже повзрослев, я, конечно, понимала, что сказочный налет мною выдуман, но смутные ассоциации все равно остались. Да и сама магия, если совсем уж честно, понемногу становилась пережитком прошлого.

А началось все с запрета на боевые заклинания, которому уже насчитывалось без малого три сотни лет. Как раз со времен войны Забвения, где и полегли все те, кто ими владел. Книги и записи опасного знания были уничтожены, так что с тех пор магия носила чисто бытовой характер и медленно скатывалась в небытие. Это как декоративные кисточки на портьерах: с ними вроде бы неплохо, но если их убрать, никто особой разницы и не заметит.

Единственный знакомый маг это только подтверждал. Вообще его обязанности можно было пересчитать по пальцам одной руки. В дела погодные он почти не вмешивался, да и простые люди его не особо жаловали. Чему Рогволд сам активно способствовал, старательно сведя желание обращаться к нему с какими-либо просьбами к ничтожному минимуму. И только от одной обязанности ему отделаться не удалось. Магическое почтовое сообщение свалить было просто не на кого. Хотя и тут старый маг хитрил. Срочные депеши за него доставляли за символическую плату мальчуганы из ближайшей деревни, а обыкновенные письма, как ни удивительно, получала только я. И мне же самой приходилось за ними ездить к нему. Впрочем, для меня это было только в радость. А учитывая, что Мирта писала стабильно два раза в неделю, в определенные дни я отправлялась к Рогволду.

Вот и на следующее утро после прибытия принца я собралась к старому магу. Еще только начало рассветать, и стелящийся по земле мутный туман казался огромной подушкой неведомого великана. Плохая видимость меня не смущала, дорогу я знала наизусть.

Даже лошади в конюшне еще спали. Незабудка возмущенно зафыркала, когда я за поводья повела ее к выходу, и глянула на меня с таким укором, что мне сразу же стало стыдно.

— Понимаешь, надо быстро, туда и обратно, чтобы к завтраку успеть вернуться. Этикет, чтоб его.

Я еще хотела пояснить, что это все нагрянувший принц виноват, но хорошо, что не успела. На выходе из конюшни именно с ним и столкнулась.

Даже не знаю, кто кому больше удивился.

— Ваше Высочество? — опешила я и, спохватившись, добавила: — Доброе утро.

В моем понимании нормальные принцы спали как минимум до обеда.

— Доброе утро, Элина, — Дарелл улыбнулся. — Ты всегда так рано встаешь?

Видимо, его представление о нормальных графинях я тоже не оправдывала.

— Нет, — я покачала головой, — просто сейчас мне нужно кое-куда съездить.

Еще и любопытная Незабудка легонько подпихивала меня в спину, мол, раз подняла меня в такую рань, то поехали уже. Или ей просто было любопытно посмотреть на принца, мало ли, еще когда такая возможность представится.

— Куда? — видимо, любопытством страдала не только моя лошадь.

— По делам, — я чувствовала себя все более неловко, — и, если позволите, мне пора.

Вот чего этому дотошному принцу по утрам не спится? Хотя, может, он вообще не спал? Сочинял, к примеру, оду в честь прекрасной Уллы и своих пылких чувств к ней.

— Такты одна собралась? — Дарелл нахмурился.

Наверное, по этикету это было, мягко говоря, неправильно.

— Тут недалеко, — я едва зубами не заскрипела.

— Вот и замечательно. Покажешь мне это свое «недалеко».

Пока я переваривала его слова и пыталась выдавить «Простите, что вы имеете в виду?», Дарелл вывел из конюшни гнедого жеребца.

— Погодите, — до меня, наконец, дошло, — вы, что, со мной собираетесь?

— Ты против? — он с лукавой улыбкой на меня смотрел, чем еще больше загнал в ступор.

Да я была против. Категорически против! Но мне хватило ума это не озвучивать.

— Нет, я только рада, — вот прямо чувствовала, что улыбка у меня вышла крайне фальшивая.

И не ошиблась.

— Впервые вижу человека, который совершенно не умеет врать, — Дарелл рассмеялся.

Я едва сдержала скептический смешок. По-моему, самое главное мое вранье в его адрес как раз таки очень даже удалось.

— Давай уж честно, Элина, — он облокотился плечом на косяк ворот конюшни и скользил по моему лицу изучающим взглядом, — тебе неприятно мое общество?

Этот вопрос меня не на шутку озадачил. Я даже рискнула посмотреть принцу в глаза. Такого цвета здесь становилось зимнее небо раз в году, когда необходимо было укрыть снегом поля, пока не грянули морозы. Темно-серое, с фиолетовыми прожилками из-за того, что в погоду вмешивался местный маг. Меня всегда это зрелище приводило в восторг, и я мечтала, что тоже когда-нибудь буду раскрашивать облака своей магией.

Если вспомнить уже раз пятьдесят упомянутый мною этикет, смотреть в глаза представителям королевской семьи считалось крайне дурным тоном. Подобная привилегия позволялась только родственникам и близким друзьям, если таковые вообще имелись. Но Дарелл к моей наглости отнесся без осуждения. По крайней мере, не высказал его ни словом, ни взглядом. Молча смотрели друг на друга не меньше минуты. Фиолетовые вкрапления в его серых глазах каким-то непостижимым образом меняли цвет, становясь то светло-сиреневыми, то почти черными. У меня даже закралась кощунственная мысль, что златокудрые и румянощекие рыцари из книжек — не такой уж и эталон красоты.