Интересные, надо сказать, мне попались спутники. Проф, не иначе, сокращение от профессора, - вежливое и доброжелательное обращение (меня он называет на «вы», и как только меня окрестили, немного снисходительное «молодой человек» сразу заменилось на «Скил») выдают в нем человека интеллигентного. Именно он объяснял мне правила мира, в который я попал, хотя старшим в группе явно был Дед, причём объяснял доходчиво и довольно лаконично. Эти импровизированные лекции ему явно доставляли удовольствие. Напрямую спрашивать я не стал, в Улье, насколько я понял, не принято вспоминать, а тем более рассказывать о прошлой жизни, но подозреваю, что до попаданья сюда он был преподавателем, а может и действительно профессором. В общем, с Профом более или менее всё ясно.

А Дед личность, так сказать, загадочная! У человека с такой богатой растительностью на лице трудно определить возраст, но я бы дал ему не более сорока лет, а прозвище красноречивое. Да и замашки вполне себе дедовские, ворчит, на нас с Профом смотрит, как правило, с усмешкой и укором, так и кажется, что сейчас скажет «Эх! Молодежь!», и говорок его этот, с кучей просторечных и попросту устаревших выражений. Если не смотреть на Деда, кажется, что общаешься со столетним стариком из глухой деревни. Однако стоит на него взглянуть, иллюзия рассеивается, - взгляд цепкий, внимательный, мужик даже на вид крепкий и ловкий, движения стремительные, энергичные. Ему бы вместо синей пластиковой каски шлем римского легионера с плюмажем. Необычный, в общем, персонаж.

За околицей деревни мы сразу спустились в овражек, по дну которого тёк небольшой ручей, и чуть пригибаясь, двинулись по нему в сторону видневшегося невдалеке леса.

– Заражённые не любят воду, - приглушённо проговорил Проф.
– Такой ручеёк, конечно, не в счёт, а вот на лодке по довольно широким рекам плавать относительно безопасно. Ну, если от внешников подальше держаться.

– Кто такие внешники?
– Не помню, чтобы Проф о них упоминал.

– Цыц!
– Так же приглушено шикнул на нас Дед.
– Вот ведь неугомонные! Накличите беду.

Пройдя ещё с полчаса по лесу, мои спутники заметно расслабились, и я задал вот уже несколько часов мучивший меня, вопрос:

– Кого мы так боимся? Все встреченные нами по дороге мертвяки тупые.

– Не боимся, а опасаемся!
– Поправил меня Дед.- Проф, расскажи, у тебя лучше выйдет.

– Все зараженные, которых мы встречали, действительно глупы, и уже метров за пятьдесят могут не заметить спокойно прошедшего мимо человека. На звук и запах, правда, они реагируют гораздо лучше, чем на движение, запах крови или табачный дым они чувствуют издали.

Я тут же вытащил из кармана чудом сохранившуюся пачку сигарет, смял и выбросил. Со всеми этими приключеньями о куреве ни разу не вспомнил, но лучше не вводить себя в искушение - привычка прилипчивая, уж сколько раз пытался бросить, всё тщетно.

– Верное решение, - улыбнулся Проф и продолжил рассказ.
– Как я уже говорил, зараженные, если им хватает пищи, развиваются, и не только становятся сильнее, быстрее, умнее, их строение тоже подвергается изменениям. Всех тварей делят на отряды, по трофеям, которые с них можно получить, а эти отряды уже на виды по внешним признакам особей.

– Эмм, - непонимающе протянул я.

– Сейчас поймёте. Свежие, только что попавшие сюда заражённые - ползуны, медляки, прыгуны, - не имеют спорового мешка или имеют в зачаточной форме, и трофеев с них нет вообще, их называют пустыши. Те из них, кому повезло с пищей, развиваются в бегунов, их мы встречали по дороге. Чаще всего их споровые мешки оказываются пустыми, но, если повезёт, можно получить один, два спорона. Название этого отряда, соответственно, - споровики. К ним так же относится и следующая стадия роста - матёрый бегун, или спидер, именно с таким вы столкнулись незадолго до нашей встречи, их споровые мешки редко оказываются пустыми. Далее идут высшие споровики - лотерейщики и топтуны. Эти твари гораздо опаснее. Лотерейщик получил такое название за то, что при большой удаче с него можно получить горошину, а от одного до четырёх споронов есть почти всегда. Ногти его превращаются в плоские когти, зубы меняются на более крепкие и острые, волосы частично выпадают, а плечи увеличиваются и подаются вперёд. Его ещё иногда называют жрачем. Далее идёт топтун. Его так называют за характерный стук, который он издаёт окостенелыми пятками. Человека этот монстр напоминает мало - быстрый, большие когти и зубы, лоб покатый. Хм, - Проф ненадолго задумался, - напоминает оборотня, каким его любит показывать современная киноиндустрия, но с тем отличаем, что топтун не покрывается шерстью, а напротив, сохраняет лишь пучки волос. В его споровом мешке можно найти от двух до шести споронов, и горох встречается несколько чаше, чем у лотерейщика. И ещё он начинает обрастать биологической бронёй, костяными пластинами на голове, спине и груди. Это пограничная стадия между отрядом споровиков и следующим, горошников.

– Ну ты и загибаешь, Проф!
– хохотнул Дед.
– Даже я тебя с трудом понимаю.

– Ничего, нормально, - приободрил я.
– А спороны и горошины во всех тварях одинаковые? Не бывает недозревших из свежих тварей, или там, крупных, из тварей сильных?

– Нет. Образования в споровых мешках почти всегда одинаковые: созревают очень быстро или мгновенно, а несформировавшиеся разрушаются со смертью носителя.

– Понятно, - я решил не заострять внимание на «почти всегда».

– Следующий отряд зараженных - горошники, кусачи и руберы, - продолжил лекцию Проф.- С них, соответственно, добывают горох. В споровых мешках кусачей почти всегда есть одна, реже две, и очень редко три-четыре горошины, а также от четырёх до двенадцати споронов. Ещё почти всегда в них есть янтарь, вы, наверное, заметили, что споровые мешки бегунов заполнены субстанцией, на вид напоминающей грязную паутину, янтарь - это похожая субстанция янтарного цвета, отсюда такое название. Из него готовят спек, это наркотик, и чаще всего его принимают зависимые, проще говоря, наркоманы, но есть и другое применение. Большая доза спека работает как анестезия и повышает регенерацию, в некоторых случаях под воздействием большой дозы спека смертельно раненого человека можно довести до врачей и спасти ему жизнь.

– Проф, не забивай парню мозги лишним.
– Внёс Дед свою лепту в моё обучение.
– Он же половину сейчас не запомнит, ты о главном расскажи, а не упырей расписывай, да что с них взять можно.

– Да, простите. Я снова увлёкся. Главное, что вам нужно знать, Скил, это то, что заражённые очень опасны. Три четыре развитых бегуна, - а поодиночке они встречаются редко,- могут доставить вам массу хлопот, если вы наткнётесь на них неожиданно или сильно нашумите. С лотерейщиком или топтуном одному справиться будет очень сложно, а ведь и они бывают группами или, что ещё чаще, в сопровождении тварей послабее. С одним кусачём мы с Дедом справимся, - Дед в Стиксе уже старожил, - но без шума обойтись вряд ли получится, а если кусач будет со свитой, мы предпочтём с ними не связываться. И это не самые сильные обитатели Улья.