– Опять будете издеваться? – спросил я.

– Никакого издевательства, Тоник! Нам пора в тренажёрный зал! Мальчики все так будут одеты, я вам даже завидую.

– Чего завидовать? – проворчал я, - Все свои, одевались бы так же.

– Если бы не Василиса! – засмеялась Катя, поджидая, когда я слезу с кровати.

– Кать, мы что, мало работаем на раскопках?

– Тоник остаётся Тоником! – засмеялась Катя, - Хоть и говорит, что изменился! Пошли, лентяй!

Оказывается, на станции был приличных размеров спортзал, заполненный сегодня различными тренажёрами. На них уже занимались мальчики и девочки, одетые, как мы с Катей.

К нам подошла Василиса, назначила мне упражнения с небольшими гантелями, велела попробовать подтянуться на турнике, побегать на беговой дорожке и прокатиться на велотренажёре. Всё это сделать, особо не напрягаясь. Осмотрев в зеркальной стене свою скелетоподобную фигурку, я не удивился её лояльности. Увидел там Мишку, поднимающего гири, удивлённо подумал, как он решился меня так жестоко избить, мог же и насмерть!

Вообще, все мальчики в зале были довольно развитые, даже Ростик.

Угораздило меня вселиться в этого доходягу! Впрочем, если бы он не умер, я и не вселился бы.

– Ну, Тоник, удивил ты сегодня всех! – смеялась Катя, бегая рядом со мной на дорожке.

– Чем это? – спросил я, с трудом поднимая килограммовые гантели.

– Обычно ты с девочками расчищаешь подозрительные осколки, а сегодня схватился за лопату!

– Надоели мне эти черепки, - пробормотал я, устав поднимать гантели. Поглядев на турник, попробовал подпрыгнуть, но до перекладины не достал. Тогда кто-то взял меня за бока и помог дотянуться. Я думал, я лёгкий. Но это оказалось оптическим обманом зрения. По-моему, я весил не менее центнера, потому что все мои усилия подтянуться оказались напрасными. Рухнув вниз со вздохом, я с удовольствием, с мягкого пола, наблюдал, как легко подтягивается моя Катя. Потом она посадила меня на велотренажёр, сама села на соседний, и мы сделали вид, что катаемся по парку.

Загоняла меня Катя до того, что я покрылся потом, сама при этом только разогрелась.

– Ну как? – смеялась она, - Понравилось?

– Понравилось! – улыбался я, довольный, что занимаюсь спортом с Катей.

– Пошли, примем душ, скоро вечерний чай. Чем думаешь заниматься вечером?

– Не знаю…

– Я зайду за тобой, сходим в комнату отдыха.

– На вечерний чай, что, опять в комбинезон переодеваться?

– Ну да, всё торжественно, ты же не уговорил Василису.

Честно говоря, я и не пытался. Может, поговорить? Опять будет говорить о дисциплине. Может, наоборот, ребята сняли бы напряжение?

В своей каюте я принял душ, отметив, насколько все эти чудеса стали для меня привычными. Захотел, трансформировал душ в подобие тропического ливня, с картинками тропиков вокруг, или можно сделать обычный рожок наверху, со старым кафелем, в потёках ржавчины, если замучила ностальгия. Можно попросить душ, чтобы струи били со всех сторон, приятно массируя тело.

Привычно надев свежее бельё, я достал свой комбинезон, который сам чистится в шкафчике, оделся в него, и отправился в кают-компанию.

Так как нас двенадцать пар, дежурить выпадало раза два-три в месяц.

Стол уже был накрыт, ждали Василису. Когда она появилась, все встали. Заняв место во главе стола, в капитанском мундире, она разрешила нам сесть, и мы приступили к чаепитию.

Через пять минут обязательного молчания, Василиса разрешила нам разговаривать.

– Вася! – спросил один мальчик, я не знаю его имени, - Можно, Тонька в следующее своё дежурство

опять переделает кают-компанию?

– А что, кроме Тоника никто не может переделать, по своему усмотрению? Или не хочет?

– У него получается лучше всех! – загалдели ребята.

– Как хотите, - пожала плечами Василиса, - Его дежурство будет через две недели.

– Мы можем уступить ему! – засмеялись девочки.

– Подумаем. Сегодня получила сообщение. Скоро прибывают взрослые.

– А мы? – в наступившей тишине спросил Мишка.

– Взрослые будут исследовать Город, мы заниматься раскопками. Наверное, - добавила Вася.

Больше вопросов не было, вечерний чай закончился, ребята расходились в тишине.

– Что случилось? – спросил я у Ростика, когда мы зашли в каюту, переодеться.

– Не знаю. Что-то случилось, раз взрослые прибывают раньше графика. По графику должен прибыть борт с почтой для нас, но его задержали из-за тебя. Что теперь, я не знаю, может, опять из-за тебя?

– Кто я такой, чтобы из-за меня срывать графики? – спросил я, пытаясь унять внутреннюю дрожь.

После недавней своей самооценки, я мог представить себе всё, то угодно, вплоть до лоботомии. Живьём. Я передёрнул плечами, отгоняя от себя эту жуть, и начал переодеваться. Оказывается, в моём маленьком шкафчике можно было найти любую одежду. Я надел светло-серые маечку и шортики, приготовился ждать Катю.