– - Теперь надо действовать быстро, -- согласился с ней второй голос, и к Розмари присоединился Майкл Фостер. После взрыва он смотрелся несколько менее безупречно, но по-прежнему производил сильное впечатление: волосы растрепаны, а на щеке виднеется порез, из которого вполне может получиться интересный шрам. Как и Розмари, он выглядел встревоженным, но, в отличие от нее, его эти эмоции, наоборот, делали старше, и сейчас они казались ровесниками.

– - Но как?
– - резко спросила она.
– - Вдвоем мы не справимся. Предлагаешь поставить в известность Совет? Сам знаешь, пока место Уильяма свободно, они будут грызться между собой, и пусть хоть конец света наступает!

– - Знаю, -- угрюмо сказал Майкл и встал рядом с ней.
– - Но, может, хоть в этот раз они прислушаются? Алан чуть не погиб. Возможно, это их слегка отрезвит.

Розмари медленно кивнула.

– - Надо попробовать.

Воцарилось молчание. Она направилась было к дверям, и я решила, что разговор окончен, но вдруг Майкл негромко произнес:

– - Мы должны сообщить Джеймсу.

Розмари стремительно остановилась, прямая, как палка, и совершенно неподвижная.

– - Нет, -- выдохнула она.

– - Роуз...

– - Он не поможет! Майк, мы же знаем, что за этим стоят темные! Как мы можем довериться...

– - Ты же не верила, что Джеймс к этому причастен, -- напомнил тот.

– - Не верила и до сих пор не верю! Но как мы можем ему доверять?! Учитывая, кем он стал?

Майкл болезненно поморщился, словно у него внезапно разболелись зубы.

– - Можем немного подождать, -- наконец сказал он.
– - Но не уверен, что в этом есть смысл. Роуз, займись тогда Советом. Проинформируй их.

– - Хорошо, -- та коротко кивнула.
– - А ты?

– - А я займусь девицей, -- отозвался тот.

– - Ты еще думаешь, что от этой фотографши может быть толк?
– - удивилась Розмари.

Он отрицательно покачал головой и неожиданно усмехнулся.

– - Можешь себе представить, Роуз, я сильно просчитался. Знаешь, кто ее подруга? Специалист по древним языкам. Вот с кого надо было начинать...

Я в немом изумлении вытаращилась на него и неловко переступила с ноги на ногу. Больное колено отдалось звоном во всем теле, и я тихо зашипела сквозь стиснутые зубы. Но, к счастью, они меня не услышали -- вдалеке раздались полицейские сирены, и Майкл и Розмари повернулись на звук.

– - Пойду-ка я посмотрю, как там Алан, -- решила она, но Майкл вдруг поймал ее за руку и развернул лицом к себе.

– - Роуз, мы справимся со всем этим, -- твердо пообещал он, глядя ей в глаза.
– - Даю тебе слово. Ты мне веришь?

Она улыбнулась -- устало, но всё же искренне.

– - Конечно, верю.

На секунду мне показалось, что Фостер сейчас ее поцелует -- с таким выражением нежности на лице он на нее смотрел. В этот момент я поняла, что у Шарлотты с самого начала не было ни шанса: весь вчерашний и сегодняшний флирт был обычной игрой и не шел ни в какое сравнение с одним-единственным взглядом. Но затем они отстранились друг от друга и пошли к дверям. Розмари скрылась в доме, а Майкл внезапно остановился на пороге и резко повернул голову прямо в мою сторону, так что я испугалась, что он меня заметил. Но нет -- какое-то время он буравил взглядом темноту, в которой пряталась я, а затем последовал за своей возлюбленной.

Убедившись, что они ушли, я развернулась и поспешила обратно.

Перед домом уже стояло несколько полицейских машин и скорая помощь, и красно-синие вспышки освещали газон вокруг. Несколько санитаров уже направлялись к дому вместе с каталками, за ними следовало полицейские. Раньше я видела подобное только в фильмах и теперь удивленно рассматривала окружающую обстановку, словно не могла понять, что происходит.

Процедура опроса свидетелей и оказания помощи пострадавшим затянулась надолго. То есть самых тяжелораненых, конечно, быстро увезли, включая Алана Маршалла, но вот тем, кто обошелся неопасными порезами и ушибами, пришлось подождать. Погибших пока не было, но состояние нескольких человек было крайне тяжелым, и пока невозможно было сказать, выживут ли они. Потом меня нашел Алекс, и от него я наконец-то узнала судьбу остальных -- у Джека оказалась повреждена левая рука, а вот Мартина пришлось увезти в больницу из-за глубоко застрявших осколков, которые нужно было извлечь хирургически. Когда я, услышав об этом, нервно дернулась, Алекс успокоил меня, заверив, что ничего смертельного там не было, и жизни Мартина ничего не угрожало. Затем нас поймал полисмен и вежливо попросил рассказать, что произошло; пока мы отвечали на его вопросы, прошло, наверное, еще полчаса. За это время к нам подошли Шарлотта и Ричард и помогали отвечать на вопросы, а потом из дома вышел Джек. Левая рука у него теперь покоилась на перевязи, и он напоминал раненого героя войны.

– - Офицер, так что здесь все-таки произошло?
– - обратился Ричард к полисмену, на что тот только развел руками.

– - Следов взрывчатки пока в доме не обнаружили. По всей вероятности, перенагрузка электросети плюс слишком сильный порыв ветра, выбивший окна...

Мы с друзьями скептически переглянулись. Ветер? Что за ерунда?

Полисмен закончил расспросы, сообщил, что мы можем разъезжаться, и ушел. Ричард вежливо извинился и попрощался с нами, а Алекс озвучил наши общие мысли:

– - Что за чушь? Ветер не мог так выбить окна, у нас же тут не ураган "Катрина" бушевал!

– - Может, они просто скрывают истину?
– - предположила Шарлотта.
– - Может, всё настолько серьезно, что они не хотят сообщать правду во избежание паники?

– - Да бросьте, -- возразил Джек. К моему удивлению, он не выглядел уставшим, а, наоборот, казался удивительно воодушевленным. Такое выражение лица у него всегда бывало, когда он оказывался на пороге какого-то великого открытия, и мы подозрительно взглянули на него.
– - Они не скрывают истину, а просто пытаются объяснить случившееся понятными причинами. Не все же так осведомлены, как мы.