Сама больница производила тягостное впечатление. Конечно, она была очень современной, светлой, чистой, но от навязчивого запаха лекарств было не избавиться, и он постоянно напоминал о месте, в котором мы оказались.

Поднявшись на нужный этаж, мы сразу обратили внимание на странную суматоху, которая здесь царила. За стойкой дежурной медсестры никого не было, а в конце коридора торопливо ходили какие-то люди -- по халатам можно было распознать врачей, но промелькнула там и пара обычных курток. Мимо нас, бегло нам улыбнувшись, проскочила невысокая полная медсестра в форменной робе, и устремилась туда же. Озабоченно покрутив головой, Алекс указал нам на дверь, над которой висела цифра два -- именно в этой палате лежал Мартин. Поскольку суматоха творилась в стороне и к Мартину явно не имела никакого отношения, мы облегченно перевели дух и зашли внутрь.

Мартина разместили в двухместной палате, но сейчас вторая койка пустовала. Сам Мартин лежал, укрытый по пояс одеялом, и количеством бинтов напоминал мумию, на которую надели больничный балахон. Рук под бинтами было почти не видно, но вот голова и шея оставались открыты, если не считать нескольких пластырей. Очки лежали на тумбочке рядом, так что в первый миг я его даже не узнала. Парень был бледен -- под стать своему одеянию -- и с зеленоватыми кругами под глазами. При нашем появлении он удивленно нахмурился и посмотрел с недоумением, словно впервые нас увидел.

– - Шикарно выглядишь, -- сообщил ему Алекс.
– - Жаль, что сейчас не Хэллоуин. На конкурсе страшных костюмов ты бы взял гран-при безо всякого костюма.

Тот слабо улыбнулся, и у меня отлегло от сердца -- Мартин уже не так сильно походил на свежий труп.

– - Мартин, как ты?
– - заботливо спросила Шарлотта, а затем торопливо уточнила.
– - Говорить можешь? Или хотя бы головой кивать?

– - Могу, -- хрипло отозвался он, и мне послышалось в его голосе негодование.
– - Я же не при смерти лежу! Жить буду, это я вам точно могу сказать.

После этих слов мы ощутимо расслабились. Атмосфера заметно разрядилась, и в палате словно сразу стало легче дышать. Ничего непоправимо-страшного всё же не произошло. Мартина прооперировали, он уже пришел в себя и обязательно поправится. В конце концов, он же молодой парень, не старый пень!..

– - Лучше расскажите, что у вас там происходит, -- попросил он.
– - Я же тут вообще не в курсе событий.

– - А черт его разберет, что у нас там происходит, -- весело сказал Алекс, обрадованный этой просьбой. Раз человек больше интересуется делами внешнего мира, значит, отбрасывать в ближайшее время коньки он точно не собирается.
– - Джек совершенно уверен, что на приеме постарались сверхъестественные силы. Уж не знаю, в чем заключался их план, но народу пострадало довольно много. Мы с Шарлоттой вчера ездили туда, просидели полдня, помозолили глаза полиции, метеорологам, службе газа и еще почему-то санэпидемстанции. Не знаю, кто их туда позвал. И ничего не обнаружили! Ни надписей, ни пентаграмм, ни жертвоприношений! А Джек еще недоволен остался, хотя, интересно, на что он рассчитывал? Что преступник оставит там свою визитную карточку и волшебную книгу с заклинаниями, чтобы мы точно знали, с чем имеем дело?

На его последних словах я нервно дернулась, но Алекс и Шарлотта, смотревшие на Мартина, ничего не заметили, а сам Мартин смотрел куда-то вдаль. Книга заклинаний в наличии как раз имелась, и мне снова стало неприятно при мысли, что я ничего не могу рассказать друзьям.

– - Жаль, что тебя с нами не было, -- добавила Шарлотта.
– - Может, ты бы что-нибудь увидел необычное. По твоей специальности.

– - Понятно, -- задумчиво протянул Мартин.
– - А что с теми рунами и камнями, с которых всё началось? Джин, ты смогла их всё-таки расшифровать?

– - Джейн, -- машинально поправила я его, услышав странную переделку моего имени. Шарлотта сделала страшные глаза -- мол, что ты к раненому человеку цепляешься? Может, ему сложно произносить отдельные звуки!

– - Джейн, -- послушно поправился Мартин.
– - Извини. Так что с ними?

– - Я не уверена до конца, -- осторожно ответила я, лихорадочно размышляя, что я могу и что не могу сказать. В итоге решила, что открыть "полуправду" всё же можно.
– - Но, возможно, здесь ключевую роль играет не то, как этот набор рун звучит, а то, какое значение имеет каждая из них. Впрочем, я над этим только раздумываю...

Не договорив до конца, я поймала взгляд Мартина и осеклась. Он смотрел на меня таким пристальным, таким пронизывающим взглядом, который не мог быть у раненого парня, приходящего в себя после операции. Мне стало не по себе, и у меня появилось странное, совершенно не поддающееся логике ощущение, что из знакомых глаз на меня смотрит совершенно другой человек. Но в следующий миг Мартин ободряюще улыбнулся, устало откинулся на подушку, и странное наваждение пропало. Я снова увидела перед собой своего друга, которого знала вот уже несколько лет.

Фуух. Всё из-за этой дурацкой книги, которую мне вчера оставили Майкл и Розмари. Разыгралось воображение, и теперь мерещится черт знает что...

– - Ребят, а как вы думаете...
– - медленно и неуверенно начала Шарлотта, -- если Джек прав... Если то, что случилось на этом вечере, и впрямь было делом рук магов... Может это быть как-то связано с теми камнями у Оствика? И... с нами?

– - Вряд ли, -- отозвался Алекс. Он говорил успокаивающим тоном, но по тому, как без раздумий он ответил, я поняла, что он и сам раздумывал над этим вариантом.
– - Поскольку что в итоге мы имеем? В первый раз -- просто нарисованный на камне набор символов, а во второй -- сразу столько жертв? Какая-то... слишком большая разница между двумя событиями.