Солнце, бившее в глаза и мешавшее рассмотреть фигуру, теперь резко подчеркивало лицо Алексея, державшего шлем подмышкой левой руки. Хорошо знакомый силуэт оказался в паре метров, слышался бодрый стук крыльев о воздух. Николай примирительно поднял руки перед собой, показал пустые ладони. Алексей усмехнулся и приземлился радом на асфальт. Они обнялись, похлопали друг друга по плечам и внимательнее присмотрелись.

– Прости, Леха. Как ты здесь оказался?
– У Алексея были видны едва зажившие шрамы. Правая рука стала неестественно ярко-зеленой, её обвивали два молодых симбионта: плеватель был стандартным выбором, а второй был очень странным.
– Что это за красная бронированная сколопендра у тебя на руке?

– О, заметил мое приобретение, - в голосе Алексея чувствовалась гордость.
– Нашел это чудо эволюции присосавшимся к одному из старых пожирателей, пока искал молодняк плевателей для приручения. Ты не поверишь, что он может!
– С этими словами Алексей навел руку на здание поодаль, из небольшой пасти сколопендры с тихим свистом вылетела капсула. Столкнувшись со стеной, она лопнула, не нанеся видимого урона, и распалась облачком тумана. Внезапно края облачка загорелись, и огонь мгновенно выжег покрываемую им область, воздух сжался, раздался оглушительный взрыв. Бетонная стена с грохотом обвалилась, ударная волна опрокинула растерявшегося Николая, и он пребольно сел на землю.

– Наши этакое вывести не смогли, само родилось, может, даже в единственном экземпляре, - Алексей любовно погладил сколопендру по панцирю.
– Огнемет и боеприпас объемного взрыва в одном флаконе. Нам бы таких лет пятьдесят назад и, может, мы смогли бы не только Питер отбить, но и Москву, - протянув руку, он поднял с земли Николая.
– Не знаю, правда, будет ли от него толк там, - он ткнул в землю у себя под ногами.
– Наши беглецы спустились в подземный комплекс, так что пойдем их догонять.

Алексей приобнял Николая и на правах старшего повел к чернеющему проемом входу под спутниковыми антеннами.

Борис поднимался по бесконечной лестнице, проползая этажи один за другим. Лифт, которому он так радовался, застрял, не преодолев и восьми из сорока пяти этажей. Затем раздался гулкий взрыв, свет в лифте погас и он остановился. Двери открыть не удалось, Борису пришлось вылезать через верхний люк в шахту. Длинные эвакуационные лестницы были сделаны из жаропрочного неразлагающегося пластика и крепко держались в бетонных стенах.

Он уже дважды останавливался передохнуть, привязывая себя ремнем к ступенькам. Ему очень хотелось спать - пожалуй, так и надо было поступить вместо того, чтобы вылезать из лифта. Но Борис уже забрался на двадцать этажей, возвращаться не было ни сил, ни желания. Он снова привязал себя к лестнице, отстегнул фонарик от головы и посветил в шахту.

Длинный, кажущийся бесконечным туннель лифта через десяток метров поглощал свет фонаря. Гнетущая темнота без единого пятнышка света высасывала надежду и последние силы. Борис достал из-за пояса бутыль с питательной смесью и отпил несколько глотков. В глазах чуть прояснилось, внезапно краем глаза он заметил отблеск.

Тонкий лучик света, почти неразличимый в темноте, виднелся на расстоянии двух этажей. Вероятно, створки двери приоткрылись из-за того, что она была повреждена. Борис сделал еще несколько глотков, надел фонарь на голову и начал подниматься. В свете фонаря лучика не было видно, но Борис точно помнил, где был источник света.

Он за несколько минут поднялся к двери в шахту лифта и сначала не понял, откуда шел свет. Дверь выглядела непроницаемой и абсолютно целой. Спустя несколько секунд он заметил в самой шахте потеки металла и пластика, присмотрелся и обнаружил внизу двери отчётливые дырки, как в сыре.

Нечто расплавило толстую металлическую дверь так, что сталь потекла в шахту. Не раздумывая, что бы это могло быть, Борис воткнул остриё молотка в щель и навалился всем телом.

Вначале дверь не двигалась, тогда Борис уперся обеими руками в ручку молотка, а ногами в стену лифтовой шахты. Дверь поддалась, но это чуть не стоило ему жизни. Что-то, вероятно, замок, глухо щелкнуло в двери, и ее створки легко разъехались в стороны. Оставшись без опоры, Борис вместе с молотком начал падать вниз, ремень, который он привязал к лестнице, дернул его назад и мгновенно ослаб: лопнула застежка. Борис в невероятном движении успел ухватиться за лестницу кончиками пальцев и прижался к ней, как к родной.

Из дверного проема падали трупы. Куча иссохших серо-фиолетовых тел была навалена у двери, и когда та открылась, несколько тел упали в шахту лифта. Борис проводил их взглядом и пожелал, чтобы ни у одного из упавших не было нужных ему ключ-карты или припасов.

Он отдышался, свернул страховочный ремень и начал забраться на следующий этаж. Неяркий белый свет от светодиодных ламп, выгоревших на три четверти, освещал вход на этаж и кучу трупов. Что за ними - было не разобрать.

Борис вцепился одной рукой в лестницу, а другой в открывшуюся створку лифта, раскачался и попытался прыгнуть. Со стороны это было больше похоже на слегка контролируемое падение, но помогло перевалить через тела и упасть на пол.