— Мне надо сначала подумать.

— Кварторы не будут долго ждать. Я поговорю с ними. — Он встал и помог подняться мне. — Тебя подбросить в твою шикарную школу?

Мне стало нехорошо при мысли снова оказаться в Межпространстве, но я не хотела предстать перед Люком слабой.

— Я должна позвонить её матери. А ты иди уже вперёд.

— Как же ты тогда вернешься? — Спросил он. Поскольку я не ответила, он забарабанил пальцами по перилам лестницы. — Куджо.

— Он не сдаст меня. — Если не слишком зол. — Расскажешь потом как всё прошло?

— Конечно. — Он сделал шаг в мою сторону, а я попятилась назад. — Месяц длился дольше, чем я себе представлял. Я скучал по тебе.

Я почувствовала, как моя кожа под его взглядом стала горячей, и была слишком растерянна, чтобы ответить.

Он снова улыбнулся.

— До встречи, — сказал он и исчез.

В то время, как Констанция спала, я позвонила её маме на работу, затем сделала глубокий вдох — то есть глубоко вздохнула и выдохнула несколько раз — и набрала номер Колина.

— Почему ты не в школе? — Никакого «привет», заметила я. Плохой знак.

— Откуда ты знаешь?

— Твоя подруга рассказала. Та, что немного сумасшедшая.

Я застегнула змейку на кофте с капюшоном, которую одолжила у Констанции. Она прикроет капли крови на моей блузке, если не слишком приглядываться.

— Лена.

— Она слишком много говорит.

— По сравнению с тобой даже пантомимы много говорят.

Он прорычал:

— Она принесла твою сумку. Сказала, что ты сбежала и думала, что, возможно я знаю куда.

Это было умно со стороны Лены, дать знать Колину, что что-то происходит, не привлекая внимания школы. Я была обязана ей. Очень многим. Снова.

— А я не знаю. — Он казался напряженным, но сдерживал себя. Если я не начну скоро объяснять, он скорее всего взорвётся.

— Я у Верити дома. Её младшей сестре… стало плохо. Я отвезла её домой.

Я знала, что он заметит заминку в моём ответе, но я чувствовала, что ещё не готова рассказать ему обо всём. Как только я сделаю это, всё снова измениться и появятся ещё больше препятствий между нами, хотя их уже и так было предостаточно. Я не могла остановить это развитие событий, но хотела задержать, пусть даже только на мгновение.

Он сделал вздох, и я представила себе, как он потер лоб и подготовился.

— Как?

— Как что?

— Как вы попали к ней домой? — спросил он резким тоном. — Я тебя туда не отвозил. Ты не ехала на автобусе. Твоя подруга знала бы, если бы ты уехала с другой ученицей. И поскольку твой портфель здесь — такси ты тоже не брала. Поэтому я задаюсь вопросом, как же ты смогла довезти сестру Верити до дома.

Я закрыла глаза.

— Можешь забрать меня? Пожалуйста?

Дверь машины захлопнулась и когда я открыла глаза, то увидела, как по ступенькам поспешно поднимается мать Верити.

— Я должна заканчивать.

— Ты сказала, что с этим покончено, — сказал он так тихо, так что я еле разобрала отдельные слова.

Я хотела сказать что-то в своё оправдание, но он уже положил трубку.

Глава 7

Я подождала несколько секунд, прежде чем последовать за миссис Грей наверх.

— Мо сказала, что тебе стало плохо, — как раз говорила она Констанции, которая с бледным лицом опиралась на локти. — Думаешь, это из-за того, что ты что-то не то съела?

Констанция прищурившись, посмотрела на меня поверх плеча матери. Люк был прав — она явно всё помнила.

— Это Мо так сказала? Что же, ей лучше знать.

Я попыталась отделаться шуткой.

— Я не совсем доверяю этим буррито из кафетерии, которые нам подали сегодня на завтрак. Выздоравливай. — добавила я. — Я навещу тебя скоро.

Миссис Грей обернулась, но я отмахнулась.

— Я сама найду дорогу.

Она бросила мне благодарный взгляд, но выражение лица Констанции было отнюдь не доброжелательным.

В детстве я проводила у Верити дома столько же времени, сколько и у себя. Я знала, как скрипит третья ступенька, когда на неё кто-то наступает, и насколько гладкой кажутся под пальцами обветшалые перила. Я знала путь, по которому проходило полуденное солнце в прихожей. Сейчас оно освещало беспорядок на столике — стопку нераспечатанных писем, которая так и норовила опрокинуться, чашку чая, которая уже так долго там стояла, что вся жидкость испарилась, оставив рыжеватое пятно. Я провела пальцем по краю столика и подняв его, заметила, что он покрыт пылью. Дом Верити всегда был беспорядочнее, чем мой собственный — более хаотичный и живой. Хотя мой дом и был прибран, но никогда, даже в некоторой степени, не излучал такого тепла.