— Ох, Настенька, — выдохнул мужчина и шагнул вместе с девушкой назад, в коридор, — Твои меня поймут, — только и сказал он, стремительно направляясь в сторону лифта, соединяющего клуб и пентхаус.

— Гляжу, ты подготовился, — мягко прокомментировала Настя.

Но мужчина ничего не ответил на ее замечание. Он молчал. Молчал, все-также удерживая девушку на руках, не позволяя ей выскользнуть из его объятий.

— Душа моя, — выдохнул он, стоило дверям лифта закрыться, — ты смысл моей жизни. Ради тебя живу. Ради вас.

— Я знаю, — ответила Настя, поглаживая ладошками гладко-выбритые щеки мужа, касаясь кончикам пальцам острого носа и жгуче-черных бровей, — Знаю.

Спустя полчаса Настёна с мужем вернулись. Мужчина уже был без пиджака, без галстука, а рукава рубашки были подвернуты до локтей, открывая сильные руки. Он обнимал Настю, прижимая к своему боку. А она ладно умещалась под его рукой, словно две половинки единого целого, одинаковые и абсолютно разные, но не мыслящие себя друг без друга. Как черное и белое.

Для собравшихся поведение парочки не было чем-то непривычным, а Дарья — новый человек в семье, все-таки смотрела на Настю и ее азиата-мужа с любопытством.

— Как же я рад, брат, что ты успел добраться, — действительно радовался Наум, хлопая мужчину по плечу.

— Душа моя сгрызла бы мне всю печень, не успей я во время, — отвечал мужчина, положив руку Науму на плечо.

В ответ на его слова спутница только снисходительно улыбнулась.

— Наум, брат, — вновь заговорил прибывший гость, — Мы с женой долго думали, что подарить человеку, у которого все есть. Скажу сразу, другому ни за что не отдал бы. Но утешаюсь мыслью, что передаю в хорошие руки джигита.

— Цирроз мне в печень, брат! — не поверил словам друга Наум, — Васька, неси нашатырь, сейчас меня хватит друг-кандратий.

— Что бы он не говорил, идея была его, — улыбалась девушка, обнимая Василису, — Ворчит просто. Цену набивает. Что поделать, бизнесмен до мозга костей.

— Не перечь мужу, женщина, — пригрозил гость сурово, но в глазах мягко плескалась нежность, когда мужчина смотрел на жену, — Наум, Василиса, пусть Ваш брак станет крепким, как алмаз. Пусть ваши чувства только крепнут с годами, как доброе вино. Пусть ваш очаг соберет дружную семью. Пусть….

— О, это надолго, — шепнула девушка Василисе на ухо, — И мой муж говорит еще не самые длинные тосты.

— Женщина, иди сюда, — наконец позвал говорливый гость свою спутницу. Девушка, улыбаясь, вернулась к мужу.

— Дарим вам пару арабских скакунов, — заявил гость, под общие возгласы одобрения, — Вот купчая на вас двоих. И родословная. Дед лошадок двукратный чемпион, королевская кровь течет в их венах.

— Да ладно! — ухнул Наум, — Вася! Ты понимаешь, да? Пипец, я тронут, Булат Каримович. Сейчас разрыдаюсь. Честное слово, брат.

Народ рассмеялся, Булата и Настёну усадили на приготовленные для них места. Когда все вернулись на свои диванчики, Настя что-то тихо шепнула мужу на ухо. Тот кивнул. Все это время мужчина не выпускал руки жены из своей, а она привычно льнула к его боку. И создавалось впечатление, что здесь было самое желанное для нее место на свете, подле мужа.

— Булат, позволь познакомить тебя с моей женой Дарьей, — Матвей сидел напротив мужчины, а Дашка засмущалась.

Мужчина, на секунду отстранившись, от жены, дал знак маячившему на пороге комнаты охраннику.

— Вижу, избранница твоя истинная красавица, — заметил Булат, — И теперь уже не уверен, что выбранный нами подарок для нее окажется достоин.

— Дарья, — добавила Анастасия, — Добро пожаловать в семью.

Девушка вынула из чемоданчика, который подал охранник, бархатный чехол, а Булат помог достать из него плоский квадратный футляр. Открыв его, мужчина протянул подарок Матвею.

Увидев содержимое, парень присвистнул. А Дарья не поняла, снится ей это все или нет. Девушка ни за что и никогда не собиралась надевать украшение. Какой там! Его нужно в сейфе хранить. Нить золота украшенная россыпью огромных камней, переливающихся на свету.

— И вы с этим пришел вот так? Почти без охраны? — заметил Тима, заглядывая в коробку из-за спины брата.

— Зачем мне охрана? У меня жена есть, — хмыкнул Булат, целуя девушку в висок, — Лишнее движение — сразу пулю в лоб. А потом уже интересуется, каким человеком был покойный.

— Свет очей моих, что обо мне подумает Дарья? Не пугай девочку, — засмеялась Анастасия Филипповна, — Он шутит, — это уже девушке.

— Немного преувеличил, — согласился Булат, — Но помнится, что пару-тройку человек ты знатно покалечила.