Меня прорвало: всё, что накопилось за последнее время, хлестануло наружу, – боль, обида, злость… Я кричал на мать. Кричал, что не буду ничего писать, что я именно из этих, как она выразилась, и что мне глубоко параллельна их репутация. И много чего ещё…. Мать поджала губы, молча встала и вышла. Через пару минут в палату вбежали медсестра и врач. Мне сделали укол успокоительного, и я забылся тревожным сном. Утром меня перевели в отдельную палату. Перед самой выпиской ко мне зашёл отец. Он сухо поздоровался и поставил возле кровати дорожную сумку.

– Это твоё. Там вещи, документы и деньги на первое время.

Я недоумённо посмотрел на него.

– Мы с матерью решили, что будет лучше, если ты уедешь из города.

– Но…

– Мы так решили.

Он развернулся и покинул палату...

Спустя неделю я занял место в самолёте, и через короткое время под крылом поплыл родной город. Я улетал из него, от отрёкшихся от меня некогда родных людей. Улетал в другую жизнь, жизнь с чистого листа... И вот теперь, спустя три года, я снова здесь. Моя месть не имеет срока давности.

***

– Эй, парень, ты как? Живой?

Это он, Марк. Я сел и посмотрел ему в глаза. Он узнал меня. В его широко распахнутых глазах удивление сменилось растерянностью и страхом.

– Дима?! Ты?!

«Да, это я. Но уже не тот, каким ты меня знал. Я другой».

Попытался меня поднять, но я встал сам.

– Тебе надо в больницу. Садись, я отвезу.

Это соответствовало моим планам. Я отряхнул колени и открыл дверь. Марк успокоил зевак:

– Всё в порядке, граждане. Мы едем в больницу.

Увещевание подействовало: собравшиеся стали медленно расходиться. Марк сел за руль и посмотрел на меня:

– Ты как? Голова не кружится?

Я усмехнулся. «Знал бы ты, что сейчас в моей голове».

– Да в поряде я, в поряде. Поехали, пока менты не набежали.

Марк включил зажигание, и мы тронулись.

– В больницу не поеду!

Он посмотрел на меня:

– А куда?

Я пожал плечами и посмотрел в окно:

– Куда-нибудь.

Всеми силами я старался не выдать себя. Пока мне это удавалось.

Марк молчал. Потом осторожно поинтересовался:

– Тут какими судьбами? Я слышал, ты уехал.

Я кивнул:

– Да. Благодаря тебе.

Марк опять замолчал. Потом, не глядя на меня, сказал:

– Нам нужно поговорить.

Теперь молчал я. «Выжду время, пусть подёргается». Марк не выдержал:

– Так что?

Я кивнул:

– Ладно. Поговорим.

– Заедем, посидим где-нибудь?

Я отрицательно помотал головой:

– Не хочу.

– А где? Не тут же.

Я думал.

– На сто двадцатый поехали. На море давно не был, хочу вспомнить, какое оно.

Марк кивнул:

– Только возьму по дороге выпить и закуску.

По-прежнему глядя в окно, я усмехнулся:

– Ты ж за рулём?

Он отмахнулся:

– Ну и что? Ради такого немного можно.

Я не ответил. Мне было всё равно. Как тогда...

Мы выехали на пустынный пляж и вышли из машины. С моря дул пронизывающий ветер, огромные валы вздымались и с грохотом обрушивались на берег, разбивались об окрестные скалы. Тёмно-свинцовое небо, сливаясь на горизонте с морем, нависло над нами. Было начало декабря. Но мне не было холодно, внутренний жар сжигал меня.

Марк разложил на сиденье закуску, разлил водку в пластиковые стаканы и один протянул мне. Выпили без слов, не чокаясь, как на похоронах. Мой жар усилился.