Марк заговорил.

– Я знаю, ты тогда отказался писать заявление и никого не сдал.

Я молчал. Он продолжал:

– Я не думал, что всё будет так херово. Знаю, что ты меня не простишь, но всё же...

Я двинулся по направлению к пирсу. Марк крикнул мне в спину:

– Ты куда?! Там опасно сейчас.

Не слушая его, я продолжал идти. Он догнал меня уже на входе и пытался остановить, схватив за руку. Может, думал, что я пошёл топиться? «Не дождёшься! У меня другие планы».

Я вырвал руку. Он зашёл вперёд и стал передо мной.

– Зачем ты приехал? Я же знаю, что твои родители от тебя отказались.

Стараясь сдерживаться, я посмотрел ему в лицо:

– У тебя точные сведения. Но я приехал не к родителям.

Марк начал понимать.

– Ты приехал мстить? А, так ты не знаешь? Тех ублюдков нет давно.

Я сделал вид, что удивлён.

– А где они?

– Их взорвали в машине той же осенью.

– Приятно слышать.

Марк испытующе посмотрел на меня.

– Хочешь меня сдать? Но ты же знаешь, что я там не был.

В его глазах проглянула тревога. Я кивнул:

– Не было, но что это меняет?

Он замолчал, думая о чём-то. Вновь посмотрел на меня.

– Предлагаю договориться.

– О чём? – я продолжал свою игру, как бы в раздумье перемещаясь по пирсу. Мы дошли уже почти до середины. Но Марк не обратил на это внимание: он был поглощён другим.

– Ты забудешь обо мне. А за это получишь нехилое бабло. Что скажешь?

Я подошёл к краю пирса. Внизу под нами ревело и бесновалось море. В воздухе висела водяная пыль. Повернулся лицом к Марку.

– И во сколько ты меня оценил?

Он закусил губу, но не сдался. Недобро щурясь, произнёс сквозь зубы:

– Будешь доволен.

Это был прежний Марк, тот самый. Я узнал его. Мой дракон зашипел и ударил хвостом. Я оскалился в улыбке.

– Доволен, говоришь? Нет, мне другое нужно.

Марк насторожился.

– Что? Что тебе нужно?

Я ответил честно:

– Ты!

Он не понял и улыбнулся:

– Так я ж не против. Всегда готов. Почему тогда не позвонил? Ах, да. Я ж номер сменил.

И лишь в последний миг, когда от моего удара ногой он балансировал на краю пирса и жизни, судорожно хватаясь за воздух, я разглядел в его расширившихся от ужаса зрачках ту самую, понявшую, ненависть...

Подойдя к краю пирса, я посмотрел вниз. Ничего. Лишь море, унеся добычу, продолжало биться об опоры, обдавая меня солёными брызгами. Постояв с минуту, я сплюнул под ноги и огляделся. Пляж был по-прежнему пустынен.

Тщательно протерев всё, к чему мог прикоснуться, я забрал свой стаканчик и пошёл к шоссе. На следующий день самолёт вторично уносил меня из этого города. Надеюсь, теперь уже навсегда.