Сначала на ее стук никто не ответил. Она безропотно ждала несколько минут, как вдруг дверь открылась и на нее уставилось красивое, но безжизненное мужское лицо.

— Добрый день, мистер Грэм. Эбигейл Хоббс, ФБР, могу я с вами поговорить?

Она воспользовалась несколькими секундами молчания, чтобы его рассмотреть. Грэм определенно был похож на свою фотографию с досье, только бледнее и с недельной щетиной, медленно превращавшейся в короткую бороду. Он был одет в футболку и домашние штаны, ноги — босые.

— Покажите удостоверение, — произнес Грэм хриплым голосом без единой интонации удивления или досады. Хороший знак?

Эбигейл достала из нагрудного кармана свеженький, только что из типографии пропуск и подняла к его глазам. Они единственные двигались на его лице, кроме губ, доказывая, что перед ней не манекен, а реальный человек.

— Стажер.

— Да, сэр.

— Алана предупредила, что ФБР пришлют кого-нибудь, но не сказала, что это будет стажер.

— Доктор Блум?

Эбигейл от удивления чуть не выронила пропуск: на холодном ветру залива пальцы быстро замерзли, и она, убрав пропуск в карман, спрятала руки в рукава. Надеяться, что Грэм пригласит ее в дом, явно не приходилось.

— Вы знакомы?

— Она была моим психиатром.

— Вам нужен был психиатр?

— Каждому иногда требуется психиатр, — увильнула она от ответа, радуясь, что он до сих пор не захлопнул дверь у нее перед носом.

— Значит, вы на хорошем счету. Лучшая из лучших, — произнес Грэм будто размышляя вслух и одновременно скользя взглядом по ее фигуре.

Его не интересовала ее привлекательность, он как будто запоминал отличительные углы и плавные линии человеческого тела, чтобы в будущем распознать Эбигейл среди остальной людской массы. Как обычные люди запоминают улицы и дома. Мебель.

— Что вам нужно?

— Поговорить. Возможно, спросить совета. Пропал человек.

— Я не занимаюсь делами о пропавших.

— У меня другая информация.

— Зачем вы это делаете?

— Что?

Эбигейл думала, что он спрашивал о расследовании, но он уточнил:

— Переступаете с ноги на ногу и вжимаете голову в плечи. Вам холодно или вы хотите в туалет?

Эбигейл открыла рот, на мгновение потеряв дар речи. Он что, совсем больной?

— Первое, — она решила не дерзить своему единственному шансу.

— Почему же вы так легко оделись?

— Я на машине. Она вон там, за углом. — Эбигейл кивнула в сторону тротуара. — Не рассчитывала, что придется так долго стоять на улице, — может, она добавила чуть-чуть сарказма, но только потому, что уже начала стучать зубами.

Грэм задумчиво посмотрел на нее, а затем приоткрыл дверь шире.

— Вам следовало сказать раньше. Проходите.

Они поднялись на второй этаж по узкой, скрипящей лестнице поблекшего белого цвета и зашли в небольшую квартиру. Честно говоря, для шарлатана, зарабатывающего своими видениями, Грэм жил возмутительно скромно. У Эбигейл появилось неприятное ощущение стерильности.

У него была светлая большая комната: в одном углу односпальная, железная кровать, в другом — стол, стул и холодильник. Неужели все его вещи уместились в один шкаф с антресолями? Забрав по пути из ящика почту, Грэм разложил письма и счета в две стопки и сел на край аккуратно застеленной кровати.

— Что вам нужно?

— Агент Кроуфорд хочет привлечь для консультирования гражданских, которые обладают, — Эбигейл сделала неловкую паузу, подбирая слова, — необычными способностями. Ну, знаете, медиумы, предсказатели, экстрасенсы. Не то чтобы ФБР не справлялось со своей работой, но, если у нас есть шанс ускорить раскрытие дел, мы обязаны этим воспользоваться. Вы — наш лучший кандидат.

— Вы подготовили какой-нибудь тест?

Эбигейл не ожидала, что он так быстро перейти к делу.

— Да, я… — она достала из кармана пенал, подошла к столу и выложила на стол один за другим из целлофановых пакетиков несколько карандашей, ручек и скальпель. — Вот.

— Что я должен с ними сделать?

— Скажите все, что узнаете.

Грэм встал и подошел к столу. Эбигейл ожидала отговорок: луна не в той фазе, звезды не сошлись или магнитные бури мешают ему увидеть за гранью реальности. Ничего подобного, Грэм едва коснулся каждого предмета и остановил руку над скальпелем.

— Что вы делаете? — Эбигейл распахнула глаза, когда он внезапно рассек себе палец лезвием и слизал кровь с кромки хирургического ножа.

— Новый хозяин обязан накормить клинок собственной кровью, чтобы тот не предал его во время боя. — Грэм облизнул губы и уверенно заявил: — Этот никогда не пробовал крови до нынешнего дня.

Он не спросил, угадал ли. Эбигейл удивленно моргнула.

— И что же им делали?

— Точили карандаши.

— А остальное?

— Вы купили в магазине по пути сюда.