До смерти напуганная девушка обессилено упала в снег, с трудом находясь в сознании.

«Нет! Что ты творишь! Ты должен убить ее! Я тебе приказываю!»

Но монстр больше не подчинялся его приказам, что страшно взбесило Господина Стрельцова.

«В таком случае, ты мне больше не нужен».

Вдруг одно из щупальцев отрастило на своем конце невероятно толстое лезвие и со звуковой скоростью ударило волкоподобного ящера прямо в грудь, пронзив его насквозь и припечатав к стене.

«Спасибо, Петр за кровь. Теперь Дима вылечился от вируса. Но это нехорошая новость. Он не сможет регенерировать! Ха-ха-ха».

Вика посмотрела в сторону монстра и увидела, что он вновь превращается в человека.

Девушка со всех ног бросилась к нему, с трудом сдерживая слезы.

Обнаженное тело парня лежало на снегу и слабо дышало.

Щупальце создало в его груди смертельную рану, которую уже нельзя излечить.

— Дим, все будет хорошо, — Вика схватила парня за ледяную руку и посмотрела в его тусклые серые глаза, которые потеряли свой прекрасный голубой оттенок.

Тело парня покрывали извилистые серые линии, напоминающие вздутые вены, которые были довольно горячими.

Парень откинул голову назад и слабым взглядом посмотрел на плачущую девушку.

— Я так хотел увидеть финал, — издал слабую усмешку тот. Но… похоже, уже не смогу.

— Нет, мы найдем помощь, и вытащим тебя отсюда.

Парень приложил свою ледяную ладонь к ее пылающей щеке и притянул лицо девушки к себе, пытаясь поцеловать, но его силы были на исходе.

Юноша что-то тихо пробормотал, скривив губы от боли, и его голова обессилено повисла.

— Дима? — девушка потрясла парня за плечо, но тот не подавал признаков жизни. — Дима?! — девушка поняла, что парень мертв. — Нет! Пожалуйста, не уходи! — окончательно сдавшаяся Вика крепко обняла бездыханное тело парня и начала горько плакать, проклиная Кирилла, моля Бога о том, чтобы этот негодяй умер самой мучительной смертью.

Петр положил девушке свою руку на плечо, пытаясь успокоить.

— Ты можешь остаться с ним, а я попробую найти выход, а потом вернусь за тобой.

— Нет, — со слезами отчаяния посмотрела та на него. — Я пойду с тобой. Пора прекратить все это, — затем она с преданной любовью посмотрела на Диму. — Я обещаю, что справлюсь со всем этим и положу этому дерьму конец.

Вика прикоснулась губами к холодной, как лед, щеке парня, попрощалась с ним и последовала за Петром.

Нужно заканчивать эту безумную игру.

====== Эпилог ======

Ветер облюбовал эти места за такое короткое время. Здесь спокойно, тихо. Летай и делай, что хочешь. Тебе никто не помешает, никто не остановит.

Довольно тихо. Странно. Еще два дня назад это место было оживленным городом, по которому носились люди, а теперь все исчезло, остались только каменные остовы, руины. Какие-то здания все еще целы, но выглядят плачевно. Все вокруг серое, даже некогда ясное небо, озарявшее все вокруг своим ярким солнышком.

Город насквозь промерз, дышал мертвым, чем-то страшным и отвратительным.

С темного мрачного неба медленно ложился на землю пушистый снег в компании пыли и копоти, создав на руинах Москвы небольшие сугробы, словно одеяла, которые укрывали под собой боль, недавно обитавшую здесь.

Все живое покинуло эти места, теперь здесь было пусто и очень грустно. Ветер ласкал фасады зданий, бережно сметая с них уголь и маленькие осколки, которые сверкали, будто маленькие кристаллики.

На дорогах лежали оледеневшие тела, обломки сгоревших автомобилей, каменные глыбы, заполонившие буквально все, а их покрывал мягкий пушистый снежок, сверху которого оседала черная пыль и копоть, а ветер бережно смешивал их, чтобы подружить «детей неба».

Эта тишина длилась до самой ночи. И казалось, что так будет продолжаться вечно. Маленькие снежинки сверкали в их лучах, напоминая крошечные блики, затем делали снежную перину более мягкой.

За этой картиной наблюдала Анна, нежно и медленно гладя по голове своего спящего сына — Артура, который безмятежно лежал у нее на коленях и едва слышно дышал. Они находились в совершенно пустой комнате, где не было ничего, кроме сломанного письменного стола и старой сгнившей софы, стоявших в самом углу. Желтые стены были покрыты корочкой льда, придавая помещению вид пещеры, темной и безжизненной. Женщина плакала и с материнской любящей улыбкой убаюкивала своего дитя, мечтая, чтобы он забыл обо всем ужасе, который пережил.

— Все случилось так быстро, так стремительно, я не знала, что мне делать, — она прикоснулась губами ко лбу Артура и убрала белую прядь волос с его лба. — Ты так сладко спал, что-то говорил во сне, так тихо и забавно. Затем я прижала подушку к твоему лицу, а потом поняла, что ты не дышишь. Но ты продолжал спать, все также сладко и мирно, но уже не дышал… Тогда я прислонила пистолет к виску и нажал на курок… Я пыталась спасти нас от всего этого, но не смогла… Не смогла. Потом я проснулась и услышала, как ты зовешь меня… Ты снова стоял рядом со мной и все также улыбался и говорил, что любишь меня. Мне показалось, что Бог дал мне второй шанс, подарил мне новую жизнь… Но он запер нас здесь, в этом мире…