Главное Арабелла была, теперь в порядке, и готова к походу. И мы здесь решили недолго и не особо навязчиво еще погостить, раз нас никто не выпроваживал.

***

– Солнце палит нещадно!
– произнесла Джейн - Хоть, бы, чуть умерило свой пыл. Я уже загорела дальше некуда. Итак, смуглая телом еще и пережарилась на этой яхте до черноты!

Она посмотрела на мое голое, поверх закатанных до колен летних моряка брюк тело.

– Тебе бы еще не мешало загореть любовь моя!
– она, громко перекрикивая прибой, мне сказала - Сейчас уже часов пять и самый жар. Скоро будешь, таким же, как и я!

Она, взяла из своего гардероба длинную белую рубашку на смену желтой футболке.

Cтоял жаркий, тропический вечер. И было жутко жарко, даже у воды. Ни ветерка со стороны океана. Полный штиль. И ни намека на ветер. Было, похоже, что мы зависли здесь до утра. Но, это меня и радовало. Я был счастлив, как никогда рядом с моей красавицей Джейн. Мы с Джейн уже были такими близкими людьми. Как будто знали друг друга, теперь с рождения. Даже, Дэниел был мне уже как родной брат. Я и не замечал, что мы были разных национальностей.

Джейн шла медленно по белому коралловому прибрежному песку в самом прибое. Она, сняв, желтую футболку. И набросив на себя длинную белую рубашку, шла впереди меня. Виляя своим изящным круглым задом и загоревшими на солнце, почти черными ляжками и бедрами девичьих красивых, как и она сама ног.

Я любовался Джейн, шагая по волнам сзади нее.

Джейн быстро поправилась. За время плавания до этих островов от того песчаного с лагуной атолла, она пришла полностью в себя. И была в лучшей сексуальной форме как моя любовница.

Я шел, следом. Тоже, надев рубашку. На голый и уже, хорошо загорелый за день на тропическом солнце мужской мускулистый торс. Из белой материи в клетку, из того, что мне дал Дэниел. Из своего гардероба. И глядя то, на свою Джейн, то, на Тихий океан, глазея, и съедая сам ее любовным взглядом с ног до головы невысокую девичью фигурку в легкой короткой одежде. Над нами кружили альбатросы. И дико кричали над головой, и над волнами в прибое у дальних каменистых скал.

Выступающих в самую воду, впереди нас на островной изогнутой косе за песчаным пляжем.

– Скоро буду как ты - произнес я Джейн - Такой же почти, черный и не отличишь русский я или островитянин.

Джейн засмеялась.

– Ты сейчас еще красивее, чем есть - Произнесла она, мне сверкая, из-под черных вздернутых бровей чернотой своих на ярком солнце девичьих глаз - Не сгорел любимый? А, то целый день на солнце!
– Джейн, вдруг забеспокоилась, рассматривая мой на теле уже бронзовый загар.

– Да, нет, нормально - произнес я ей в ответ - Шумно тут от волн и крика островных и прибрежных птиц.

Действительно крик островных птиц, смешиваясь с криком морских альбатросов и чаек, был уже невыносим.

– Как они в этом гуле живут - произнес, помню я ей.

– Это неважно, зато, как красиво тут!
– она восхищалась увиденным - Дэниел бывал тут, а, вот я, первый раз!
– Смотри следы морской черепахи!
– восторженно произнесла она.

Джейн показала мне рукой, на следы, уходящие в воду, и распустила свои длинные смоляные по черноте блестящие красивыми локонами на ярком солнце тропиков вьющиеся змеями волосы. Они метались по ветру паря, то в воздухе, то падая на ее девичьи, молодой красотки латиноамериканки, узкие загорелые до черноты, как и спина плечи. Моей пышногрудой красотки латиноамериканских кровей, идущей не спеша, по белоснежному коралловому песку обитаемого острова. Она как никто другой, органично вписывалась в этот прибрежный морской пейзаж, как островитянка из местного населения. Ее угольной черноты загар, лоснился в солнечных луча. И бликовал как лакированный в этом ярком вечернем красноватом свете. Он переливался на руках и ногах Джейн, из-под короткой футболки желтого цвета. И коротких плотно облегающих выше колен ляжки и бедра моей красавицы Джейн джинсовых шорт.

Она переоделась перед выходом на берег. И была, снова с ног сшибательно красива, как никогда. Похоже, только я один, пока еще органически не очень вписывался в местность и население этого малонаселенного, почти дикого океанского острова. Не то, что я, как чужак на этой земле, резко отличавшийся ото всего здесь, не смотря на свой уже, почти такой же, как и у Джейн загар. А просто, я был здесь чужим, пока и резко выделялся на фоне всего местного.

Мы были южнее Индонезийских островов. За границей экватора.

Эти острова не имели названий. И были сами в океане по себе, как и их местное дружелюбное к пришлым население.

Сюда редко заходили корабли. И тем более, такие как наша, круизные яхты. Северная часть Индонезийского архипелага была более, менее обитаема. И туристов, там хватало со всего света. Но, здесь мы были в редкость. И местные устроили в нашу честь, даже праздник. По приказу местного вождя племени туземцев.

Я первый раз в жизни попробовал какие-то местные вина из разных плодов и растений. Кое-какую деликатесную океаническую рыбу, которую еще не ел в жизни. В целом мне понравилось здесь все. И я бы, наверное, остался здесь, если бы не мои друзья, и яхта Арабелла.