М-да! О его мечтах я как-то не подумал.

М-да! Мечты-мечты! Были-были! Помню-помню!

Однако ведь забыл! Какие-то из них помнятся, а какие-то, как и разные мелочи, выветрились совсем...

Откатываю желе Времени назад, чтобы снова поймать моменты, когда малыш заглядывал мне в глаза. Мне вдруг подумалось, что в клубке памяти могли затеряться какие-то очень интересные и даже важные из детских грез?

Но на первом же эпизоде, на первом же встречном взгляде меня опять стопорит.

Малыш смотрит мне в глаза... Но ведь не малыш! Не абстрактный малыш, а я!

Я!

Это ведь я смотрю в глаза самому себе будущему!... Это ведь не его, а мои мечты!... Смутная ноющая тоска прокатилась по душе.

Я полностью откидываюсь назад и обращаю взгляд в потолок. Я ведь, действительно, очень часто мечтательно смотрел в небо. Смотрел... М-да! А сейчас смотрю в потолок. В по-то-лок.... А там пустота.

Какая-то пустая пустота. Совсем пустая. Словно там чего-то нет важного!

Я вспомнил себя маленького. Вспомнил высоченное небо над головой и... мне вдруг вспомнилось, как мне всегда хотелось потрогать облака... Да-да! Захотелось почувствовать, какие они - ватные, рыхлые?... В душе защемило от всколыхнувшегося, совсем забытого детского воображения... Представляете - потрогать облака!... И однажды я представил себя великаном, поднимающим к ним руки, а затем этот образ постоянно приходил мне в фантазиях. М-да...

И меня осенило: там наверху нет моих рук!... Вспомнил! Да-да, моих рук и... меня!

Когда я был ребенком, вокруг меня были не только друзья и игрушки, но и взрослый мир. И я представлял в нем себя - таким же взрослым и большим. Да, уже тогда я представлял себя будущим. Я еще не знал, кем я буду, но видел себя сильным и умным. Мне хотелось быть всем. Представляете?
– Всем! Ведь в жизни открывалось так много интересного и важного, и поэтому сложный для ребенка вопрос "кем быть" нередко всерьез занимал меня. Живя полноценной детской жизнью, полностью отдаваясь детским играм, поделкам, безделушкам, друзьям-мальчишам, дворовым историям, я, как всякий ребенок, мысленно торопил свое взросление.

Да, когда-то "будущий-взрослый я" был полноценной частью моей жизни! Я сверял себя с ним, точнее говоря, примерял свои новые умения и успехи к нему. Воображал, как моя ловкость и навыки, начиная от умения стрелять из самодельного лука, жонглирования резиновым мячом, до владения дедушкиным топориком, приложатся ко мне-будущему.

Я снова отвлекаюсь на желе Времени, и на мои глаза попадается волнующаяся вместе с ним сцена: малыш тренируется в метании перочинного ножа в бабушкину стайку. Он стоит со стороны огорода, и никто его не видит.

Я увлекаюсь наблюдением. Неудачные броски, отлетающий в сторону нож вызывают сопереживание. Я мысленно подталкиваю малыша снова взять и снова метнуть. И малыш с упорной настойчивостью бросает и бросает нож. И когда тот втыкается в деревянную стенку, я ликую, причем даже больше, чем сам малыш. Хочется спуститься с зыбких небес и как-то похвалить малыша, хочется, ужасно хочется попросить у него ножичек и попробовать самому.

Но, наконец, я возвращаюсь к своим мыслям.

Казалось бы, зачем он это делает? Пустой, конечно, вопрос! Объяснение очень простое и по-детски очевидное - это же интересно! И захватывающе! А главное - хочется научиться метать так, как это делают в кино.

Конечно, многие из моих фантазий были именно там и подсмотрены, но многое я брал и у старших. В более серьезных взрослых занятиях я тянулся к ним - к папе, дедушке, родным дядям, а вместе с ними и к выдуманному себе-будущему, который в моем воображении был просто обязан быть таким же.

И вместе с тогдашними взрослыми, "будущий я" тоже смотрел на меня тогдашнего маленького сверху вниз. Он был, конечно, вне этого мира, но наблюдал за мной-маленьким так же критично: вместе с папой и дедушкой хвалил либо сердился, побуждал меня к освоению чего-нибудь. Более того, от него - незримого - невозможно было ничего скрыть. Он был самым строгим моим судьей. Я смотрел наверх, и будто видел его там. И иногда даже ... разговаривал с ним.

Он был для меня прямо как бог! Где-то на небесах...

Ну не бог, конечно!

М-да!... А ведь получается, что в своем воображении он видел, как "я-большой" сейчас наблюдаю за ним. И, действительно: не я ли сейчас мысленно метал вместе с ним нож и побуждал его повторять упражнение?

Новый смутный клубок прокатился по моей душе. Интересный поворот событий! Отсюда, наверное, и точный взгляд. Однако мне вдруг стало неловко за себя-нынешнего. Я ведь на самом деле не такой, каким он представлял меня. Мне-то виделся почти бог!