— Будешь моей женой, — степенно рассуждал старик. — Я по мужскому делу опытный. Ты не думай, Гуда совсем недавно от меня ребеночка принесла.

Он с ловкостью, выдающей немалый опыт, прижал меня покрепче. На первый… хм, взгляд, с репродуктивными функциями у него полный порядок!

Я попыталась мягко высвободиться, но не тут-то было. Скальпель скользнул в мою руку, открыть футляр было делом пары секунд. Гамли запнулся на полуслове, почувствовав у диафрагмы острую сталь.

— Отпустите, — велела я ровно. — Быстро!

Он хмыкнул и подчинился.

— Горячая! — он одобрительно прищелкнул языком. — Ты не отказывайся, женщина, подумай!

— Спасибо за предложение, — вежливо ответила я, ненавязчиво поигрывая скальпелем. — Боюсь, я не гожусь на роль жены.

— Что, по кладбищам в одиночку шастать — лучше? — он поднял седые брови. — Да еще и ночью!

— Я буду не одна, — усмехнулась я.

Эринг показался очень вовремя. Гамли, не прощаясь, растворился среди скал. Так и не показал дорогу!

— Ну, как дела? — поинтересовался взмыленный Эринг. — Новости есть?

Я поморщилась: он него разило ворванью.

— Есть. Во-первых, я немного осмотрелась.

— А во-вторых? — кивнув («я в тебя верил!»), поторопил он.

— А во-вторых, меня позвали замуж, — произнесла я язвительно.

Эринг вытаращился на меня… и расхохотался. Некоторое время я неодобрительно наблюдала за его весельем, затем спросила сухо:

— Что смешного?

— Прости! — он поднял руки ладонями вперед и с трудом проглотил очередной смешок. — Я не думал, что в этих местах могут оценить такую необыкновенную женщину, как ты!

Вот как на него сердиться?

— Льстец! — усмехнулась я и подхватила его под руку. — Я обещала местному старейшине, что пойду на кладбище не одна, так что изволь меня сопровождать.

— Постой-ка! — Эринг даже приостановился. — Когда ты успела узнать о старейшине? Облауд мне только пять минут как рассказал, что он тут главный лишь номинально.

Я загадочно улыбнулась. Опустила ресницы и проговорила, стараясь не расхохотаться:

— Гамли не смог устоять, увидев такую красавицу, как я.

Эринг застыл, как вкопанный, и с легкостью побил собственный рекорд по диаметру глаз.

— Постой, так это он… — проговорил он слабо.

— Да, — кивнула я. — Господин Гамли хотел сделать меня своей супругой.

Чтобы прийти в себя, Эрингу потребовалась почти минута. Он помотал головой.

— Ну, ты даешь! — признал он с восхищением, потом насупился. — Надеюсь, ты не согласилась?

— А почему бы и нет? — поддразнила я. — Человек степенный, уважаемый, с землей и хозяйством.

Эринг фыркнул и укоризненно посмотрел на меня из-под русой челки:

— Регина, ты дурачишься!

Я пожала плечами, не видя смысла отрицать, и озабоченно взглянула на солнце, уже клонящееся к закату.

— Надо успеть до темноты, — заметила я вместо ответа. — Поболтаем потом.

Лицо Эринга мгновенно стало непривычно серьезным.

— Куда? — только и спросил он, отбросив мешающую челку. — Показывай дорогу.

Я сжала губы. Раздраженно передернула плечами и отступила от него на три шага. Терпеть не могу пользоваться этими способностями! Но лучше так, чем опять расспрашивать местных. Еще отправят Хель знает куда.

Я смежила веки, пытаясь нащупать. Потянулась вслед за властным зовом… и открыла глаза. Чувствовать себя стрелкой компаса неприятно, зато эффективно.

— Туда! — дернула подбородком, указывая направление, и потерла занывший висок. — Пойдем?

Эринг поколебался мгновение и обнял меня.

— Да чтоб… — он отшатнулся, крепко выругался и, стянув пиджак, набросил мне на плечи.

Озябшее тело окуталось теплом, а крепкий мужской запах отогнал призрачную вонь пепла и крови.

— Спасибо! — от души сказала я. Приподнялась на цыпочки, коснулась губами его колючей щеки. — Ты — прелесть!

— Не за что, — он отвел глаза, кажется, смутившись. — Для тебя — любой каприз!

— Смотри, поймаю на слове! — поддразнила я, улыбаясь.

После соприкосновения со смертью жизнь всегда ощущается ярче, желаннее. Как летний дождь, после которого дышится так легко.

От возвышенных мыслей меня отвлек Эринг.

— Кекс с шоколадом? — прошептал этот искуситель мне на ушко. — Блинчики с ягодами?

— Все! — усмехнулась я. — Пойдем уже!

Погост выглядел уныло: каменистый участок в тени скалы. Ни ограды, ни украшений, ни самого неприхотливого цветочка. Вокруг только голые холмы, мох и валуны в пятнах лишайника. Но это лучше хутора, пропахшего дымом и испражнениями.