Вместо когда-то темноволосого, а теперь уже наполовину седого помятого дядьки с лицом интеллигентного алкоголика, на него смотрел пышущий здоровьем земский врач (именно так его представлял Сергей), примерно пятидесяти годков отроду, обладатель ярко-рыжей вздыбленной шевелюры и бородки клинышком. А еще розовых, как наливные яблочки, щек и тугого животика, который воинственно выпирал вперед, возвышаясь над синими спортивными трусами. Черты лица, впрочем, оставались вполне узнаваемыми.

– Эт-т-то еще что за хрень? – не своим голосом заорал мужчина, отшатываясь в ужасе. – Это кто? Это как?!

Зеркало безмолвствовало.

Зато открылась ранее не замеченная дверь и впустила давешнюю синекожую незнакомку.

– Рада, что ты пришел в себя, странник.

Сергей молча наблюдал за тем, как женщина, поддерживая одной рукой край ослепительно-белого балахона, лебедью вплыла в комнату и уселась в одно из кресел. Спохватившись, он сдернул с кровати покрывало и завернулся в него, как в тогу, внезапно застеснявшись своего пуза.

– Это ваш дом? – начал мужчина светскую беседу, от неожиданности, не придумав ничего другого.

– Был, когда-то давно. Я родилась и выросла в «Тармини Корс», это поместье несколько сотен лет принадлежало моей семье. Сейчас тут обитель покорных детей Ингуса.

– Аааа… А я?

– Как ты сюда попал? Один из братьев, Рокон, нашел тебя в лесу. Ты был без сознания, бредил.

– Шиза! Это не белка. Это шиза, – мысль, уже не впервые рожденная в голове Сергея, постепенно обретала все полновесные признаки доказанного факта.

Синяя собеседница. Интерьер этот. Память. Вот, кстати, с памятью то что? Не обращая больше внимания на женщину, все еще продолжающую говорить, Сергей погрузился в воспоминания, пытаясь понять, с какого момента все полетело кувырком, как и почему он оказался в таком состоянии? Неужели это все, конец?

А память зияла гигантскими прорехами. Закрыв глаза, Сергей попытался вспомнить вчерашний день, затем позавчерашний. Еще через минуту он понял, что усилия тщетны. Мелькали какие-то обрывки, но цельная картинка не складывалась. Смеющееся лицо молодой, красивой женщины. Потом она же, на несколько лет старше, такая же красивая, но уже с горькой складкой у рта. Малыш, лет двух, бегущий навстречу на толстеньких ножках. Пустая, грязная кухня, бутылка на столе.

Злые слова, брошенные в сердцах, слезы. Пощечина? Его удар в ответ. Ирина. Жену звали Ирина. Ну вот, собственно, и все.

Были еще какие-то фразы, отголоски старых ссор, укоров, обид и непонимания. Не было конкретных фактов. Кто он? Откуда? Когда и где родился? Что, вообще, происходит?

Вынырнув в реальность, Сергей успел уловить только часть последней фразы собеседницы:

– … тяжелое время, лекарь очень нужен.

О да. Стараясь не выдавать взглядом панику, которая охватывала его с каждой минутой все больше и больше, Сергей очень ярко и живо представил картинку – вот он, в смирительной рубахе, с безумной улыбкой идиота смотрит на женщину-врача. У нее синяя кожа, в руках история болезни, на шее фонендоскоп. Сюр. Нахрена, спрашивается, психиатру фонендоскоп?

– Да. Лекарь. Это прямо то, что нужно.

– О! Я так рада, что ты понимаешь, странник. Но скажи, ты уверен в своем выборе?

Конечно, уверен. Вообще странно, что его об этом спрашивают. Вроде как в подобных случаях у пациента уже нет никакого выбора. Или есть? В любом случае, он сопротивляться не намерен.

Сейчас тетя доктор сделает нам укооольчик. Интересно, а как действует аминазин? Глюки пройдут, или просто перестанут беспокоить?

– Да, уверен, – сказал, как отрезал.

И в ту же секунду перед глазами, из ниоткуда, появилось полупрозрачное окошко с текстом, такое знакомое и такое нелепое в данный момент.

Поздравляем!

Вы выбрали класс персонажа

Тихий утешитель

Стартовые заклинания:

Удар веры

Доспех веры

Свет утешения

Подробное описание доступно в справке, раздел «Умения»

И крестик в верхнем правом углу, все по канону.

Практически не дыша, Сергей протянул руку и ткнул пальцем – окно послушно исчезло. Еще до конца не осознав, что только что произошло, он перевел взгляд на собеседницу, которая продолжала улыбаться, будто чего-то ожидая.

– Что?

– Я говорю, что сегодня можно отдыхать, осматриваться, знакомиться с обителью, с братьями и сестрами. А с завтрашнего дня начнешь обучение. И вот, кстати, это тебе. Тут все самое необходимое, – женщина протянула небольшой сверток. И откуда, интересно, он вдруг взялся? Что за чудесная материализация?