Джим тихонько захохотал, откинув голову назад:

— Подумать только. В то время как все маги хотят завести хотя бы двоих, а лучше — больше, эти павлины прописывают одного наследника. Кстати, с чем это связанно? Какое-то старинное проклятье? Или что?

— Или что. Эти засранцы не хотят делить состояние. Оно ведь тогда меньше станет.

Поттер теперь заржал уже в голос, заставляя немногочисленных присутствующих пораженно на него оборачиваться.

— Вот чем обусловлено их богатство.

— Все равно меньше, чем у ваших семей, — улыбнулся Ремус.

— Ну, у нас в семье второй ребенок — это просто царь и бог, а если рождается третий — то вся Англия должна непременно отмечать это событие, — качал головой Джеймс, — Но такое случается раз в шесть-семь поколений, поэтому богатство и остается, по большей части, в одних руках.

— А Блэки просто клептоманы, — почти шепотом сказал Сириус, вызвав очередной приступ хохота у друзей.

Позавтракав, мародеры не спешили покидать Большой зал. Они тихонько переговаривались. Джим и Сириус вроде осилили теоретическую часть родовых чар, и теперь нужно было приступать к практике, а Ремус должен был все это контролировать. Вот и шел между ними тихий спор — где, когда и с чего начать.

За стол пришли девушки-гриффиндорки. Причем даже все разом. На Гриффиндоре до поступления Касси и Ольги училось семь девушек. А так как селить детей в комнаты больше, чем по пятеро, не было принято, то и жили они в разных. Лили с Марлин дружили с самого момента поступления, а вот Элайза всегда была сама по себе и переехала к ним лишь в конце прошлого года. Четыре других гриффиндорки-шестикурсницы были, по мнению Сириуса, непроходимо тупы. А на деле были просто среднестатистическими пятнадцатилетними девчонками. Поэтому сейчас все девушки дружно обсуждали что-то девчачье, иногда прерываясь на типичное хихиканье. Оля же шла, словно еще не проснулась.

Сириусу вдруг стало очень и очень неудобно перед девушкой. Даже дожив до тридцати лет, он так и не научился ухаживать за девушками… точнее — он умел их буквально привораживать, кружить им головы, влюблять в себя буквально за пару случайно брошенных фраз. А вот ухаживать — не умел. И сейчас, пытаясь привязать к себе Ольгу, он как-то незаметно для самого себя вновь перешел черту.

Но тут в зал вошла Андромеда и Сириус уже поспешил к кузине. Меди сидела с самого края стола, на своем факультете девушка почти ни с кем не сошлась достаточно близко. Она даже жалела, что не послушала советов шляпы и выбрала Слизерин, а ведь ей настойчиво советовали Равенкло. За завтраком она положила перед собой книгу. Увидела бы Друэлла — долго бы ругалась. Но, на счастье, в Хогвартсе некому было говорить девушке, что читать за едой некультурно. Но тут рядом с ней сел кузен.

Меда приветливо улыбнулась ему:

— Что привело тебя на нелюбимую половину зала?

— Ты.

— И что тебе от меня надо?

— Мне — ничего. А вот с тобой спешу поделиться семейными новостями.

— Какими же? Год только начался, неужто кто-то из Блэков за полторы недели успел что-то натворить, о чем не написала бы моя мама?

— Видимо, решила, что о подобном не пишут. Я принял обязанности наследника.

— О! А Орион?

— По словам Альфарда, он счастлив как слон, потому что искренне верил, что его эта честь обойдет.

Меди засмеялась, вспоминая нелюбовь Ориона ко всяким семейным традициям, на которых ему приходилось помогать Арку. Вот уж кто точно не хотел принимать на себя обязанности наследника официально.

— А как тебе живется в новом статусе?

— Неплохо. Болтаю с дедом, получаю горы литературы из домашней библиотеки… Идеально. В субботу будет прием в Блэк-парке.

— В честь тебя, разумеется?

— Да. Ты там должна присутствовать, так что можешь начинать переписку с мамой о платье и драгоценностях.

Меда закатила глаза и горестно вздохнула: эту часть она не любила.

— А в воскресенье собираемся в Блэк-мэноре, — продолжил Сириус.

— Праздновать в семейном кругу?

— Да. Будут все Блэки, поэтому будет весело.

— Хорошо. Я поняла. Мама писала, что в середине октября дед устраивает вечер дебютов.

— Персонально для Блэков. Ну и Олю сюда же.

— Кстати, насчет…

— Меда, давай мы об этом поговорим в воскресенье, в тишине Блэковской библиотеки.

Девушка надулась, но милостиво решила не доводить кузена разговорами про любовь и отношения.

— Кстати об этом, — вдруг хитро улыбнулся Сириус, — Я знаю о том парне, что украл сердце моей любимой кузины.

— Сири! — она посмотрела на кузена с испугом. Меда не сомневалась, что самому Сириусу глубоко плевать на чистоту крови ее избранника, но он теперь официальный наследник…

— Успокойся. Я тебя пока не сдам.

— Это шантаж? — удивилась Меда.

— Ну что ты! Я ведь не какой-нибудь там слизеринец. Никакого шантажа. Только уговор: никаких побегов до января.

— Как ты… узнал?