— Ты пользовалась даром на ком-то постороннем?

— Да, — прошептала та.

Старший дар был почти легендой. У Блэков он назывался даром Проклинателя. Проклясть кого-то так, чтобы ни один маг не смог снять проклятье? Просто вызовите у владельца даром эмоции посильнее. Нужно снять проклятие? Все тоже на эмоциях: если Блэк посчитал проклятого невинной жертвой, или просто жалко ему стало, то может и проклятье снять. Внешне — одним движением кисти. На самом деле — словно выпуская что-то наружу. Задержать не получалось, контролировать это проявление дара было практически невозможно. Но сейчас Сириус чувствовал знакомое жжение в груди. Этот огненный шар прокатился от сердца к кончикам пальцев левой руки и полетел к Белле. Сразу накатила усталость, но за руку уже обнимала Оля — и как только эта девушка научилась так точно угадывать его чувства?

— Привезите ее вещи сюда. Будет жить в мэноре, пока мы не найдем способ разорвать связь раба и хозяина.

И Сириус направился к выходу из библиотеки, но в след ему понеслось испуганный истеричный крик.

— Что ты сделал со мной?

— Проклял, — Сириус хотел только лечь в постель, обнимая Ольгу, но Белла не отступала.

— Где он? Что ты сделал?

— Он тебе мешал. Его больше нет. Сомневаюсь, что кто-то сможет снять мое проклятье.

Дара Палача Блэк больше не было. Друэлла с Медой пытались успокоить Беллу, но та металась в истерике, опрокидывая все на своем пути.

— Винни, — позвала Оля.

Домовик перенес их в комнату. Ольга буквально на ходу раздевала его. Усталость была такой, что Сириусу казалось, что он может упасть и заснуть в любом месте. Но он все же упал на кровать под тихий смешок Ольги.

— Ты как пьяный.

Это не было опьянением. Просто заблокировать дар, данный самой магией — это не стену снести. Это внезапное желание высосало из него все силы. Засыпая, он с долей сожаления думал о своей несдержанности. Он знал, что Белла в ярости. Но еще она обижена, испугана… унижена. И объяснить ей, что именно произошло с ее даром, может лишь он. Но бороться со сном больше не было сил.

========== Глава 29. Вскачь. ==========

Оглядываясь назад, Сириус поражался, что время после Нового Года пронеслось так быстро. Месяцы словно стали яркими вспышками воспоминаний. Бесконечные ссоры с Беллатрикс на контрасте с Андромедой, с каждым днем становящейся все счастливее. Возвращение в Хогвартс — впервые Сириус не почувствовал радостного замирания сердца при виде замка. Действительно тяжелые школьные будни. Дни рождения друзей, отмечаемые громко и с размахом, начиная от веселой гулянки в честь Джеймса и заканчивая нелегальным сабантуем в комнате Северуса. Пасхальные каникулы — словно глоток свежего воздуха. И вновь учеба, учеба, учеба. Выигранный кубок по квиддичу, шутки про то, что Ремус с Сириусом уже могут считаться специалистами теории Темных Искусств.

Теперь, стоя в Большом зале в ожидании начала экзамена, Сириус поражался, насколько странно бежит время. Или это его память такая? Северус рядом с ним отчаянно листал учебник, Поттер насвистывал под нос что-то жизнеутверждающее, а Оля просто рассматривала семикурсников. Чуть в стороне на друзей обиженно косился Ремус. Он вообще-то не собирался сдавать экзамены досрочно, но пока помогал Джиму и Сириусу… вот и получилось, что они потащили его с собой — благо заявку на сдачу экзаменов нужно писать когда комиссия прибывает в замок, а не за полгода.

Вот только экзамен так и не начался: вместо комиссии в зале появились авроры и учеников отправили по комнатам: в Хогсмите произошло нападение пожирателей. Хотя просто нападением это сложно назвать. Массовый террор. Раненых магов привозили даже в Хогвартс. Один из авроров, знакомый с Сириусом, неохотно ответил, что уже пятеро убитых.

— В моем будущем ничего подобного не было, — задумчиво произнес Сириус, когда они ушли из общей гостиной в Выручай-комнату.

— И что это значит? — хмурился Джеймс.

— Что здесь Волдеморт уже такой же безумный, как и перед своей смертью.

— Безумный?

— Ну да. Он… словно сходил с ума. Ты ведь разговаривал с ним на том балу. Он вполне адекватен, довольно харизматичен и, что немаловажно, очень талантлив. То есть кажется вполне здравым лидером, за которым с удовольствием идет молодежь.

— А у тебя, там?

— Так все и было. Старшие относились к нему с подозрением, но никто не запрещал младшим вступать в ряды Пожирателей смерти. Кто-то считал — чем бы дитя не тешилось, кто-то относился как ко временному увлечению, кто-то даже гордился за активную политическую позицию. Его не воспринимали совсем уж всерьез… Ну ты ведь понимаешь о чем я, не так ли?

— Да. У большинства аристократов к нему держится отношение как… наверное, как к проповеднику протестантства в кругу разочаровавшихся в католицизме.

— Интересное сравнение, — улыбнулся Сириус, — но да. Старшее поколение не спешит бросаться к нему в ноги с криками «Спаситель», слушают с интересом, но на всеобщую истерию смотрят с легким недоумением.

— Так что было потом в твоей версии будущего?

— Начали пропадать маглорожденные и те, кто боролся за их права. Потом начались нападения на несогласных, обстановка накалялась, люди жили в состоянии нервозности года три. Тут же — сразу бах! — и он уже начал совершать нападения среди бела дня на магическую деревню. Это странно.