— Просто догадалась, за триста с лишним лет в чтении мыслей необходимость отпадает.

— Я думал, ты моложе. Твоя магия, кстати, тоже далека от той, с которой мне доводилось встречаться раньше.

— Я в какой-то мере тоже особенный маг, — уклончиво ответила Мирослава.

— Сейчас будет немного щипать, — предупредил Гайре и осторожно провел рукой над спиной девушки, собирая в ладонь свою дымку.

Развеяв чары на ветру, маг довольно осмотрел свою работу. Теперь на гладкой мускулистой спине волшебницы виднелся лишь узкий длинный розовый рубец. Лоэгайре не смог удержаться и нежно провел по коже ладонью, Мира зажмурилась от удовольствия — от его рук исходила легкая, едва заметная, вибрация. Рука мужчины дошла до шеи и зарылась в пышные серебристые волосы. Внезапно он нащупал на шее какую-то неровность. Осторожно откинув пепельную гриву волшебницы, маг присмотрелся и увидел маленькое клеймо с изображением существа с телом человека, головой петуха и змеями вместо ног, в руках у него были щит и меч.

— Абрасакс, — зачарованно и с оттенком благоговейного страха в голосе прошептал Лоэгайре. — Ты Маг Посланник Мироздания! Как же я раньше не догадался!

— Так и есть, — грустно подтвердила догадку мага Мира.

— Просто невероятно, — все еще под впечатлением пробормотал он. — И давно метка появилась?

— На двадцатом году жизни. Не подашь мне рубашку чистую, она там, в моем мешке.

— Да, конечно, — Гайре подскочил с места, и уже через минуту Мирослава смогла одеться. — Так рано?

— Что рано? — откидывая волосы, переспросила девушка.

— Метка появилась очень рано, обычно нужно лет сто прожить, ну, насколько мне известно.

— Я же говорила, что тоже особенный маг, — ее губы тронула грустная улыбка. — Пора спать, предлагаю поставить защиту и дежурить по очереди. На всякий случай.

Утро выдалось холодным и пасмурным. Густой туман неопрятными серо-белыми комками нависал над землей. Чародейка затоптала костер, с коротким проклятием раздраженно запихала свою непослушную копну волос под шляпу и накинула плащ. Лоэгайре уже погрузил мешки на коней и теперь отошел в кусты.

— Вот, держи, — послышался его голос за спиной.

Мира обернулась и увидела, что он протягивает ей тщательно оструганную палочку длиной где-то чуть меньше локтя.

— И зачем мне она? — в недоумении спросила девушка.

— Когда я был в Китае, я видел там, как девушки скручивали волосы в жгут, затем завязывали его в узел и закрепляли вот такими вот палочками. Тебе, думаю, тоже пригодиться.

— Так вот зачем ты ее все утро строгал! — удивленно и немного смущенно воскликнула волшебница, что и говорить, ей было очень приятно такое внимание с его стороны.

— Попробуй, может, еще не получится.

Мирослава сняла шляпу и зажала ее между коленей, серебристые локоны тут же рассыпались по плечам и спине. Быстрым движением она сделала на голове узел и осторожно воткнула в него палочку. Волосы держались крепко и выпадать явно не собирались.

— Держаться, спасибо, — чуть улыбнувшись, поблагодарила она мага. — И как я раньше не додумалась!

— А ты бывала в Китае? — спросил Лоэгайре, взбираясь в седло.

— Как-то раз, да и то недолго. Не очень там любят чужаков, особенно магов, собственно, чернокнижники оттуда и были.

— Что-то я не заметил, чтобы они были похожи на китайцев, — насмешливо заметил маг, их кони неспешным шагом двинулись по укатанной дороге.

— Чернокнижников вообще трудно отнести к какой-либо народности. Ты видел, какие у них лица покореженные!

— И то верно, — свою мысль он закончить не успел, его лицо внезапно стало очень сосредоточенным, а взгляд — твердым и острым, как острие кинжала.

— Что такое? — Мирослава нахмурилась и на всякий случай приготовилась к атаке.

— Ничего, — спустя несколько секунд, легкомысленно ответил маг, выражение его лица снова сменилось на расслабленное и беззаботное. — Мне нужно будет отлучиться ненадолго, подождешь?

— Куда это ты собрался?

Мира озадаченно приподняла бровь, Гайре ухмыльнулся, в его глазах вспыхнуло пламя безумия, и он пустил коня в галоп.

— Эй, да в чем дело-то?!

Мирослава ударила коня пятками в бока и поспешила за своим внезапно обезумевшим попутчиком. Скакали они недолго, Лоэгайре остановился также внезапно, как и начал скачку, молча спешился и нырнул в портал.

— Обалдеть! — воскликнула Мира и настроила свое магическое зрение.

След от портала был четкий и ясный и вел куда-то в рощу, виднеющуюся на горизонте. Среди сияющих нитей эфира с места, где только что стоял Лоэгайре, тянулась чернильно-черная нить. Чародейка быстро очертила носком сапога вокруг себя круг, достала из кармана жилетки четыре плохо ограненных опала и положила их по сторонам света. Затем села внутри круга, сложив ноги по-турецки, зажмурилась и зашептала заклинание. Ее сознание легко и быстро отделилось от тела и маленькой серебристой искоркой заскользило вдоль черной нити.

Посреди дубовой рощи на пеньке сидел пожилой мужчина в изодранном плаще, на его щеках блестели слезы. Лоэгайре соткался в воздухе за его спиной и довольно усмехнулся.

— У твоей проблемы есть решение, — мягко и насмешливо сказал маг, мужчина на пеньке вздрогнул и обернулся.

— Ты кто? Чего тебе надо? Сгинь исчадие Ада!!

— Спокойно, — Гайре примирительно помахал руками. — Я волшебник и могу решить любую проблему, за определенную плату, конечно.

Мужик перекрестился и опасливо покосился по сторонам. Сознание Мирославы вынырнуло из эфира как раз в этот момент.