— Ты как раз сможешь, — маг загадочно усмехнулся.

— Если ты хотел меня заинтриговать, у тебя получилось, — бросила Мирослава и скрестила руки на груди.

— Ладно, — вздохнул Гайре. — Барон о магии знает только то, что ему позволяет знать Инквизиция, поэтому он даже не подозревает о существовании какой-либо другой магии, кроме темной. Я не могу войти даже во двор замка, а вот ты запросто можешь там колдовать, ведь магия Эфира — это не магия Тьмы.

— Вот оно что, — протянула Мира и задумчиво закусила нижнюю губу, в ее глазах заплясали задорные искорки. — Кажется, я придумала, как нам проникнуть в сокровищницу, нужен план замка.

— Тогда, может, пригласим этого могучего воина за наш стол? — Лоэгайре азартно потер ладони друг о друга, на его губах расползлась нехорошая улыбка.

— Пожалуй.

— Эй, уважаемый! — крикнул разносчику маг и добавил, как только унылый парень подошел к ним, — налей-ка пива и подай вон тому господину в форме баронского стражника. Если спросит от кого — направь к нам.

— Понял, — уныло промямлил паренек и побрел к стойке.

Стражник неровной походкой подошел к волшебникам уже через несколько минут.

— Чего надо!? — проорал он, наклонившись и дыхнув перегаром прямо в лицо Гайре.

— Присядьте, уважаемый, есть разговор, — с легкой улыбкой невозмутимо ответил маг, указывая на свободный стул.

— Нас интересует ваш хозяин — Карл фон Лихтенштейн, — мягко продолжила Мирослава, в ее глазах уже начался разгораться колдовской огонь.

— И что вам надо о нем знать? — непонимающе нахмурился стражник.

— Все, — прошептала чародейка и выпустила на волю чары.

От Фельдсберга до замка было минут десять езды. Было раннее утро, царило полное безветрие, а на небе уже показался диск солнца. Волшебники спешились в рощице неподалеку от замка и привязали коней к веткам. Мирослава достала из подвешенного на поясе мешочка два деревянных кругляша на нитке и протянула один из них Лоэгайре. Тот молча принял амулет и надел на шею. Чародейка кивнула, надела свой амулет, затем взяла оба кругляша в руки и зашептала заклинание. Как только было произнесено последнее слово, оба мага растаяли в воздухе — заклятие невидимости вступило в действие. Так они незамеченными для стражи пробрались к самой крепостной стене.

— Ну и громина, — прошептала Мира, задирая голову вверх и осматривая покрытую мхом и плющом стену.

— Стражник говорил, что путь к сокровищнице будет ближе, если перелазить через восточную стену.

— Там больше всего стражи, барон не дурак, — присмотревшись, возразила волшебница. — Полезу через северную.

— Разумно, — Лоэгайре кивнул. — У тебя будет примерно минут десять, чтобы забраться в замок, найти сокровищницу и убраться оттуда. Чуешь, как тут все амулетами заставлено?

— Да уж, у барона настоящая мания. Я справлюсь за десять минут, главное — отвлеки его внимание, а то мы оба ноги можем не успеть унести.

— Об этом не волнуйся, представление будет феерическое, — маг криво ухмыльнулся.

— Не сомневаюсь, пошли отсюда. Больше смотреть не на что.

Осенние сумерки быстро сменились пасмурной сырой ночью. Городской колокол пробил десять раз. Мирослава поморщилась и закрепила волосы импровизированной спицей Лоэгайре. Сам он нарядился в блестящий красный камзол и зачем-то отрастил себе уродливые черные когти. Его странная кожа стала еще темнее и на свету переливалась как перламутр.

— Может, расскажешь к чему весь этот маскарад? — спросила чародейка и поправила на поясе хлыст.

— Для зрелищности, конечно, — с легкими нотками безумия в голосе воскликнул Лоэгайре.

— Ладно, делай, как знаешь, — Мира нервно дернула щекой. — Повтори еще раз, как должна выглядеть та вещь.

— Это синий прозрачный камень, размером с перепелиное яйцо, скорее всего, барон хранит его в мешочке, чтобы не поцарапать.

— Поняла, синий камень в мешочке. Приступим?

Гайре зло усмехнулся и нырнул в портал. Мирослава последовала за ним через свой. Маг появился прямо перед воротами замка. Все сигнальные системы взвыли, почуяв темную магию, и пропустили слабый всплеск энергии под северной стеной — это Мира вышла из своего портала.

Стражники у стены с любопытством и примесью страха уставились на соткавшегося прямо из воздуха Лоэгайре. Тот же весело хохотнул, и вокруг его ладоней заклубилась тьма.

— Эй, тебе чего надо? — крикнул один из солдат. — Проваливай отсюда, барон Лихтенштейн не жалует магов.

— Именно поэтому я сюда и пришел, — с демонической улыбочкой, протянул Гайре, подскочил к стражнику и свернул ему шею.

Второй солдат не растерялся, сразу же схватился за меч и забил тревогу.

— Мой дорогой друг, это тебе ничем не поможет, — Лоэгайре взмахнул рукой, и меч выпал из ослабевших пальцев стражника, тот с ужасом уставился на собственную руку.

В это время барон, наконец, заметил, что его замок атакуют, и активировал артефакты. Маг почувствовал, что вокруг стен стала собираться магия, зашептал слова заклинания, и вокруг него вверх взметнулось темное, как сама первозданная Тьма, пламя.

Мирослава погладила свой амулет невидимости, дождалась, когда полог магии накроет ее полностью и полезла на стену. Камни были мокрые, холодные и скользкие, а гибкие стволы плюща так и норовили выскользнуть из-под ног. Поднявшись на гребень стены, волшебница прыгнула вниз, приземлилась на ноги и тут же перекатилась через плечо. Защитные амулеты никак не отреагировали на ее появление. Раздался сигнал тревоги, и стражники из казармы гурьбой повалили к воротам. Мирослава неслышно проскочила внутрь дворца и побежала к входу в сокровищницу.