— Мы быстренько, — начал соблазнять ее любовник.

Неудобно подслушивать чужой разговор, и уж совсем нехорошо присутствовать в качестве наблюдающего в интимный момент. К тому же вода нагревалась. Я снова высунулась из котла:

— Извините, не хочу вам мешать, мне лучше уйти.

Парочка, успевшая слиться в новом объятии, замерла. Рита глянула на меня, попятилась и замахала руками.

— Сгинь, исчезни, рассыпься! Говорила же, по кораблю дьявол ходит!

Парень обернулся.

— Андрей! — воскликнула я. — Невзоров! У тебя роман с Некрасовой?!

От возбуждения я слишком нервно дернула ногой, поскользнулась на картошке и упала в кастрюлю, подняв фонтан воды.

— Сатана! — пробормотала Некрасова.

— Откуда он меня по имени знает? — трясущимся голосом осведомился начальник отделения милиции Панова.

Я пыталась снова выглянуть, но кастрюля, огромная, смахивающая на громадный чан, в которых во времена моего детства дорожные рабочие варили асфальт, была забита скользкой картошкой, поэтому я барахталась среди будущего пюре, не имея возможности ничего сказать.

— Глупости! — отмер Андрей. — Чертей не существует.

— А в кастрюле кто? — простонала Некрасова.

— Ты туда курицу не пихала? — спросил милиционер.

— Говорящую? — уточнила Маргарита.

— Ну, это говядина булькает, — забормотал Андрюша. — Или свиная голова!

Последнее заявление показалось мне столь возмутительным, что я моментально встала на ноги с воплем:

— Я совершенно не похожа на бройлера или грудинку и уж тем более на морду хрюшки! Неужели непонятно, с кем вы имеете дело? Откройте глаза!

Некрасова и начальник милиции синхронно сели на пол, уткнулись головой в колени, прикрыли макушки руками и завизжали на одной ноте:

— Аааа!

Реакция Риты меня не удивила: она еще в школьные годы не отличалась ни умом, ни сообразительностью, но представитель властей должен быть адекватным. Я выпрыгнула на пол, и тут дверь в кухню открылась. В проеме стоял Иван Васильевич. С кем, с кем, а с капитаном мне объясняться категорически не хотелось, и я быстро влезла в другую кастрюлю, чуть поменьше, но все же вполне пригодную для игры в прятки.

— Что здесь происходит? — грозно поинтересовался речной волк.

Парочка притихла, Рита вполне отчетливо сообщила:

— В кастрюле сатана варится!

— Ну, блин, еперный театр, — гаркнуло начальство. — А зеленые человечки из мясорубки не прыгают? Некрасова, я тебя из жалости взял! Выпру вон и забуду.

— Правда, — захныкала Маргарита, — он из котла высовывается.

— А я по ейному вызову прибыл, — зафонтанировал враньем Невзоров. — Хоть просто до Вакулова доехать хотел и правов не имею на воде работать, тама своя, речная милиция есть, но не мог мимо факта обращения простой гражданки пройти! Подтверждаю: из кастрюли морда зырилась. Глаза — жуть!

— Пасть с клыками, — всхлипнула Рита. — С них кровь капала.

— Нос пятачком, — добавил Андрей, — щеки с бородой, усищи торчком!

— Хвост и копыта очумелые, — довершила описание Некрасова. — Выл барсуком: уууздрастеууу!

Вот так на свет рождаются самые нелепые легенды! Где у меня окровавленные зубы, расплющенный нос, растительность на лице, не говоря уже про хвост и копыта?

— Там одна картошка, — сердито заявил капитан, очевидно, заглянувший в кастрюлю. — Что вы пили?

— Какао! — хором ответила парочка.

— На водяре порошок развели? — уточнил Иван Васильевич. — Оба на палубу марш! Там повсюду куриные перья! Собрать! Доложить! Воон!

Громкий топот перекрыл вопль приведенного в бешенство начальника. Оставшись один, капитан отвел душу словами, которые я здесь приводить не рискую.

Похоже, гнев босса от крепких выражений не утих. Через секунду Иван Васильевич с силой пнул кастрюлю, в которой я сидела.

— Ойой! — воскликнула я.

Голос морского волка перешел в более высокий звуковой регистр.

В мое убежище ворвался свет, я подняла голову и увидела нависшее надо мной лицо Ивана Васильевича с пунцовыми щеками и выпученными глазами.

— Доброе утро, — вежливо сказала я. — Погода сегодня обещает быть теплой, не находите?

Капитан странно каркнул, потом исчез. Я встала, увидела, как Иван Васильевич исчез между деревянными дверцами, и скрылась в коридоре.

Дверь в нашу каюту неожиданно оказалась заперта изнутри. Сначала я удивилась, потом поняла: снова заклинило замок. Сегодня же попрошу, чтобы механизм починили! Впрочем, отлично знаю, как поступить. Я открыла соседнюю пустую каюту, прошла сквозь общий для двух спален санузел, поставила на рукомойник большую бутыль растворителя, которую прихватила по дороге в кладовой. Очень надеюсь, что Юра спит, иначе мне, вместо того чтобы подремать часок до завтрака, придется рассказывать ему невероятную историю про Самойлова.