– Чело… веческому?

– Да, - он стукнул палкой по ладони, как бейсбольной битой. – Мы видели, как люди катаются по горам на палках, мы хотим научиться этому.

Она не сразу поняла слова ёкая. Катаются на палках?

– Вы про… лыжи?

– О. Эм, - он посмотрел на товарища. – Да! Лыжи! Научи нас!

Ишида говорил, что здесь есть горнолыжные курорты. Эти ёкаи видели, как люди катаются на лыжах, и захотели попробовать? От удивления она начала подозревать, что это ей снится.

– Откажешься, и мы тебя накажем, человек! – пригрозил пискляво ёкай.

Она вздохнула, желая, чтобы Широ скорее вернулся. Он бы понял, что с ними делать.

– Без лыж вам не покататься.

– У нас есть палки, - он поднял прутик.

– Лыжи – плоские палки с гладким дном. Потому они скользят по снегу.

– Ты отказываешься учить нас! Мы тебя накажем!

Скривившись, она посмотрела на склон горы, а потом на маленького злого ёкая, размахивающего прутиком. Он становился увереннее. Может, их запугать? Но, если у них была магия, она потом пострадает.

– Я не могу научить вас кататься на лыжах, - сказала она, - но могу научить кататься на санях. Это веселее.

– На… санях? Это как?

– Это еще один способ людей скатываться с горы, - серьезно сказала она.

Ёкаи склонили головы, шепчась. Тот, что с прутиком, выпрямился.

– Мы согласны! Учи нас кататься на санях.

– Вам нужен большой плоский кусок дерева, - она раскинула ладони, показывая размер.

– Хмм, - ёкай задумчиво постучал по подбородку прутиком. – Ах, знаю!

Он соскочил с камня и побежал к ближайшему дереву. Прыгнув, он влетел в дерево головой вперед и пропал.

– Ах. Эм, - оставшийся ёкай заламывал ручки, тревожно глядя на нее. Пока он ждал, из-за камня выглянули еще две рыжеволосые головы. Эми подавила дрожь. Их было четверо, а не двое. Мило.

Ёкай вырвался из дерева. В руках он нес большой кусок коры, как крышу, над собой. Он заскочил на камень и бросил кору на снег перед Эми.

– Это подойдет, человек?

Она подняла кусок, впечатленная, что крохотное существо смогло принести кору размером два на три фута. Они были сильнее, чем выглядели.

– Думаю, да.

Присев на снегу, она начала убирать самые грубые участки коры. Ёкай приблизился, три его товарища были неподалеку.

– Что ты делаешь?

– Нужно сделать его гладким, чтобы катиться, - объяснила она, убирая еще кусочек коры.

– Гладким? – ёкай положил ладошку на кору. Дерево согрелось под ее руками и стало размытым. На ее глазах оно кора превратилась в тонкую гладкую доску. – Вот так?

– Д-да, - пролепетала она. Она провела по дереву рукой, поражаясь. Точно магия. Хорошо, что она не злила существ. – Пока мы не начали, можете сказать, где границы вашей территории? Чтобы я снова их не нарушила.

– Где растут деревья, земля принадлежит нам! – воскликнул ёкай. – Все это знают.

– О, ясно, - прошептала она. Юмей бы не согласился с их властью над всеми лесами.

– Но, Маи, - прошептал один из остальных, - ты забыл туманную долину.

Лидер замешкался.

– О, да, туманная долина. Это не наше. И тебе не стоит туда ходить!

– Не стоит?

– Нет. Точно нет, - он окинул ее взглядом. – Ты слишком мягкая. Умрешь.

Один из ёкаев склонился к нему и прошептал на ухо.

– О! О, да, - существо выпрямилось во весь рост. – Человек! Если научишь нас игре в сани, мы позволим тебе оставаться на наших землях, сколько пожелается, и тебе не придется идти в туманную долину.

– Это так щедро, - осторожно сказала она. – А что не так с туманной долиной?

– Никто не возвращается оттуда, - он кивнул. – Особенно, люди. Ты не плохая, так что мы позволим тебе остаться здесь, а не… если будешь нас слушаться.

Долина, где пропадают люди? Она сжала губы.

– Где долина? Я не хочу случайно попасть туда.

Все четверо ёкаев тут же указали на север.

– Там. Там всегда туман. Не заходи в него, и все будет хорошо, - он выпятил грудь. – Мы тебя защитим.

– Спасибо.

Они улыбнулись, гордясь собой.

– Покажи игру! – приказал лидер.

Отвлекаясь от мыслей о зловещей долине, она поднесла доску к краю холма и опустила на снег. Она не каталась сама, но видела, как это делают другие дети. С небольшим усилием она склонила переднюю часть тонкого дерева, загибая ее. Доска была гибкой, как кора, какой была раньше, хоть уже выглядела иначе.